- КУ-ку-ку. Какое интересное утверждение. Неужели мой бывший учитель настолько верит в волю Огня? Ты изменился старик. - Из голоса пропали насмешливые нотки. - Раньше ты говорил что есть только воля человека и он сам должен выбирать свой путь. Что же случилось с тем шиноби который с одним из учеников бегал к общественным баням подглядывать за девушками? Тот, который был нам как отец. Или ты никогда не воспринимал нас с Джираей чем-то большим, чем очередную ступеньку к власти? Мы для тебя с самого начала были оружием. Очередными пешками на пути к посту Хокаге. До сих пор мои сокомандники не знают что все эксперименты, все исследования я вёл под твоим руководством.
- Ты перешёл все границы. Стали пропадать жители деревни.
- А ты что хотел? Для завершения техники требовались подопытные. И я нашёл самый близкий источник материала.
- Жители деревни? Ты должен был их защищать, а не пускать под скальпель.
- Кто бы говорил. Скольких ты сам отправил на верную смерть. Сколько неугодных для тебя шиноби погибли на заданиях. Скольких ты оправил на верную смерть, руководствуясь волей Огня? Или это всё-таки были твои амбиции, Сарутоби-сенсей.
Хирузен заметил как кожа на лице бывшего ученика чуть сморщилась. Всё-таки он смог его достать тем огненным валом. В следующую секунду Орочимару потянулся к лицу и стал сдирать обожженную кожу.
- Я просто научился главному уроку у своего учителя. Любая жертва оправдана для достижения цели.
Сарутоби ощутил как сердце пропустило удар. Из-за личины показалось совсем другое лицо. Молодая девушка, сомнений нет. Только вот глаза, они остались прежними.
- Ты всё-таки закончил её. Ту технику.
- Да. - Голос также изменился. Чуть хриплые нотки ещё можно было услышать, но с каждым словом они пропадали. - Я закончил её.
- Что ты наделал.
- О, я просто решил что не стоит искать простого решения. Его нет. Вы сами говорили что готовы многое отдать за бессмертие, но как понятно ничто не даётся просто так, в том числе и вечная жизнь.
- Но цена.
- Что такое? В тебе проснулась совесть, старик? - Девушка рассмеялась. - Что такое чужая жизнь по сравнению с твоим бессмертием. Настоящий ты никогда не сожалел о сделанном. Ты прекрасно знал что мои исследования никогда не увидят свет признания. Ты сам был готов на жертвы, ради этой техники.
- Я совершил много ошибок. И одна из них это ты.
- Раскаяние? Я слышу в твоём голосе раскаяние, старик! - Девушка вновь засмеялась, но уже более явные нотки безумия были слышны в её смехе. - Я поверить не могу, Сарутоби Хирузен раскаивается!
- Нет. Всё что я делал, я делал во благо деревни! Всё это были необходимые жертвы для величия деревни!
- В том числе и для твоего величия, старик.
Сарутоби одобрил исследования своего ученика, когда тот поделился своими идеями о бессмертии. Орочимару был одержим идеей познать истину, которую он видел в постижении всех техник. Хирузен поддерживал в этом ученика, помогая и спонсируя его исследования.
Однажды ученик поделился своими проблемами. Техник было слишком много чтобы справиться за короткую жизнь. Тогда же он высказал идею что можно теоретически достичь бессмертия и Хирузен уцепился за эту идею. К тому времени он уже понял что старость близко и стоит помочь ученику в его исследованиях, а затем воспользоваться плодами его трудов.
Итог, скандал с пропажей жителей деревни и изгнание ученика.
Хирузен прекрасно знал кто в этом замешан, но до поры до времени закрывал на это глаза и когда требовалось, подчищал за учеником. Хотя стоит признать, таких моментов была всего парочка за всё время. Только вот с каждым разом аппетиты ученика росли и в один момент список пропавших стали пополнять шиноби, а следом и клановые. Вот тут уже Хокаге оказался не в силах замять дело. Ученик не внял предупреждениям и продолжил свои исследования. В итоге пришлось самому вмешаться.
- Благодаря мне Коноха всё ещё сильнейшая деревня.
- Она Сильнейшая только пока я не стёр её с лица земли. - Орочимару ушёл в сторону, избегая метательного оружия, брошенного Хирузеном. - Сегодня история Конохи закончится.
Сложив печати, Орочимару чуть отклонился, избегая очередной порции летающего металла.