Ну вот, опять занялся самокопанием.
Взглянув на часы, я решил собираться.
У меня встреча с Хокаге. Зачем я ему понадобился, не знаю, но для меня это повод оказаться в кабинете и деактивировать проклятье. Шумиха уже улеглась.
Выйдя из кабинета, я задумчиво осмотрелся.
Вот и снова миссия.
С командой Асумы.
Сопровождение того же каравана, но уже в сторону Суны и также до границы.
Выход завтра.
Итак, дел у меня нет, проклятье отключено, иначе обезьян и правда не доживёт до экзамена.
Я заметил что всего несколько дней работы проклятья и старый пень стал путаться, постоянно сбиваясь с мысли. Последняя стадия действия проклятья. Следом шло выпадение из реальности, то есть сумасшествие и, либо самоубийство либо нервный срыв. Человек становился буйным, при этом с завышенной агрессивностью.
Пойти что ли в Ичираку перекусить, готовить что-то не охота.
За прошедшие месяцы за мной числилось пятнадцать миссий ранга С и две ранга В. Я постоянно менял команды. Пару раз даже работал с Какаши и остальной седьмой командой. Отношения с Учихой перешли в состояние холодного нейтралитета. Он делал вид что меня не существует как и я по отношению к нему. Сакура, на второй совместной миссии постаралась подробнее узнать у меня о случившемся на границе, но я не собирался делиться с ней своими секретами. Хотя был удивлён что с её лица пропал страх. Что-то мне подсказывает, тут замешана одна одноглазая рожа.
Меня, кстати сильно удивило, Какаши занимался её тренировками. Более глубокие основы контроля чакры, теории простого гендзюцу. Саске так и тренировался самостоятельно, причины я не выяснял, мне плевать.
А вот с командой Куренай у меня была одна миссия, но для меня она превратилась в мучения. Постоянно видеть в глазах Хинаты страх и опасения. Даже для меня это тяжело. Якорь уже ослаб, но всё равно, стремление её защищать никуда не делось.
Теперь, когда я оказывался рядом, она бледнела и старалась оказаться подальше от меня.
От следующей миссии с этой командой я уже отказался, хотя и пришлось разговаривать со стариком на повышенных тонах. Но стоило ему напомнить о нашем соглашении как он тут же отстал.
Сегодня, с утра меня вновь ждал Хокаге.
Предстояла миссия с командой номер семь.
В кабинете сидели Старый мартышка и Ирука, что меня немного удивило, а он что тут забыл?
Оказавшись в кабинете, я заметил, как Сарутоби переглянулся с Какаши. Что за перемигивание?
- Итак, ваша миссия, сопровождение и охрана одного человека.
Дверь открылась и в кабинете появилось пьяное тело. Вернее сначала появилась бутылка, а потом появился Он.
- И что это тут у нас? Это сборище молокососов будут защищать меня? - Пьяные возмущения прервались горлышком бутылки. Это недоразумение стало пить прямо у нас на виду.
Саке текло по бороду прямо ему на грудь.
- Ну и уё...ище. Может слить это задание? Пусть его прирежут? Подумаешь, провалю одно ранга С. Невелика потеря. - Моё тихое бурчание услышал только Какаши, но и он не остался в стороне.
- Может ты и прав.
Оторвавшись от бутылки, старик перевёл дух и посмотрел на нас свысока. При его объемном животе и роже, отёкшей от пьянства смотрелось это... глупо.
- Они мне не нравятся, особенно вон тот, коротышка. Эй! Ты, шиноби что ли?
Его палец указывал на меня.
Я показательно медленно вынул кунай из рукава.
- Убью.
Я успел сделать только первый шаг, как меня остановил голос Какаши.
- Наруто, успокойся. Это наш клиент, так что его нельзя убивать.
Тут вмешался этот.
- Я эксперт по строительству Великих мостов. Тадзуна. Я ожидал, что вы обеспечите мне хорошую защиту для возвращения в мою страну, а вы назначаете мне в охрану сопливых детей...
- Значит Тадзуна, строитель. Будет что написать на его могилке. - Я оглянулся на старого. - А если я его прирежу после окончания миссии?
Я сказал это особенно громко, даже Тадзуна замер на мгновение, прервав свою обличительную речь о безответственности руководства деревни, посылающих на миссию детей.
Старик поперхнулся дымом.
- Э-э-э. Не стоит. Это плохо скажется на репутации деревни.
Я с напускным сожалением убрал кунай.
- Жаль, а то этот... клиент вызывает у меня желание угостить его чем-нибудь острым в печень. Всё равно он её пропивает.
Сарутоби откашлялся, пытаясь как то сгладить моё поведение.