Коулфилд беззвучно забарабанил подушечками пальцев по экзоскелету на другой руке.
— Ладно, доктор Уотсон, расскажите теперь о ваших планах.
— У нас уже есть мелкомасштабная и очень примерная геологическая карта этого материка, теперь задача наших георазведчиков – крупномасштабная съемка, в первую очередь окрестного плато и горного массива на западе. В ходе съемки выявятся рудные аномалии – собственно, две уже есть – которые мы станем изучать подробнее, то есть полетим туда, установим лагерь и будем работать несколько дней или недель, сколько потребуется. Поэтому я боюсь, что у нас с Майей просто не останется времени помогать вам. Сами понимаете – срок экспедиции ограничен, а работы очень много.
Коулфилд немного подумал и сказал:
— Ничего, мне поможет Энди. Главное, чтобы вы оставили нам машины и показали, как с ними управляться.
— Что же, хорошо.
Эмили подумала: Коулфилд упрямый, как осел, и хотелось бы мне знать, какое мнение о нем сложилось у Уотсона, ручаюсь, что не лестное, но Стив слишком интеллигентен, чтобы дать это понять…
После ужина она ушла в рубку и с полчаса заполняла бортовой журнал. Коулфилд отдал ей копии записей с маршрутного компьютера Аниты, и Эмили просмотрела их, прежде чем поставить ссылки на эти файлы в описание сегодняшних работ. Сдав вахту Полу, она отправилась к себе и по пути заглянула в открытую дверь столовой. Свет там не горел, зато была слабо освещена кают-компания и, пройдя туда, Эмили увидела Коулфилда, пригорюнившегося на диване. Неподвижный, скрюченный больше обычного, он смотрел в пустую стену, подперев подбородок кулаком. Эмили тихо отступила, но руководитель уже заметил ее.
— Заходите, Хилл. Может, на этот раз составите компанию? – из тени у своих ног он поднял початую бутылку.
— Нет, спасибо.
— Тогда посидите со мной просто так. Я не стал звать Энди, он не любит, когда я в таком состоянии. А вам - можно, ничего...
«Что мне можно?» - озадаченно подумала Эмили, но не спросила, потому что Коулфилд продолжал:
— Я вспоминал Аниту... Сейчас уже точнее будет – поминал, – он оглядел бутылку и сделал глоток из горлышка. – Нет, я знал, что вероятность того, что кто-то из них еще жив, мала, а все-таки… До тех пор, пока не увидел человека мертвым, трудно поверить в его смерть, правда?
— Да, - тихо ответила она.
— Знаю, что ваш муж погиб на Нарате. До сих пор вспоминаете его, верно?
— Да, - снова сказала Эмили, но с запинкой: она вдруг поняла, что с тех пор, как Энди подал ей руку, помогая выбраться из анабиозной капсулы, она ни разу не вспомнила Джима. Не то, что раньше, когда тень бывшего мужа следовала за ней постоянно, ежеминутно…
Коулфилд сбоку заглянул ей в лицо, в полутьме глаза его слабо блеснули, отражая свет торшера.
— Вы ведь давно в разводе, Эмили? К кому он ушел от вас?
— Не все ли равно, - сдержано произнесла она. Коулфилд прищурился, некрасивое лицо его сморщилось в то ли сочувственной, то ли насмешливой улыбке. Он ничего не сказал, но Эмили каким-то чутьем поняла: он знает, к кому ушел Джим, знает и посмеивается над ней... И, опасаясь, что он задаст еще какой-нибудь вопрос, она спросила сама:
— Анита… много значила для вас?
Коулфилд кивнул, прикладываясь к бутылке, потом прикоснулся рукой к губам и сказал:
— Она – одна из немногих моих друзей… Была еще одна женщина – я, видите ли, нахожу с женщинами общий язык лучше, чем с мужчинами – но та слишком завидовала мне и плохо это скрывала. Она ведь тоже писательница… А с Анитой нам делить было нечего. Я познакомился с ней давно, еще когда только-только начинал подниматься из всей той дряни, в которой вырос и жил, а она еще не вышла замуж. Наверное, она была для меня тем, что называют музой, потому что все лучшее, что я создал, было сделано во время нашей с ней дружбы.
Он надолго замолчал, и Эмили уже подумала, что ей пора уходить, но Коулфилд вновь поднял на нее глаза и закончил:
— К сожалению, у меня хватило глупости увлечься, а Анита быстро это заметила. Я благодарен ей за то, что она не дала мне объясниться, не отказала, а просто однажды сообщила, что выходит замуж за Виктора Новака. Я не смог окончательно разорвать с ней отношения, хотя, наверное, стоило… Она почти перестала ездить ко мне, зато я иногда навещал их с Виктором. Разумеется, друзьями мы с ним не стали – не потому, что я злился на него или он – на меня, просто у нас были настолько разные интересы и взгляды… Мы с ним только в одном сошлись – в отношении к андроидам. Я заезжал к Новакам перед экспедицией и видел, как Виктор общается с Дианой. Она была для него человеком. Он уважал ее.