— Госпожа, не спеши. От торопливости ты начинаешь противоречить сама себе.
Ра бросает на него сердитый взгляд.
— Когда это?!
— Ты твердишь, что южане — люди чести. Ты ведь имеешь в виду послов? Да, они пока ни разу не солгали в чём-то серьёзном — или я не поймал их на лжи. Правда, Принц Эткуру может лгать, что Младшего Львёнка заберут домой, где будет ему жасминовый настой и пирог с ежевикой — собираясь убить его своими руками — но эта ложь ничего в наших отношениях не меняет. Мы не принуждали его клясться от имени Льва и их бога, что Младший Принц будет здоров и счастлив, верно? А вот солгать, что Лев позволил ему заключить мирный договор, Эткуру вправду до сих пор не додумался или не посмел. Быть может, не желает стать клятвопреступником — боится или у него нет соответствующих инструкций. Только можно ли назвать это поведением человека чести, кровь моя? Ты ведь сама не исключаешь мысли о том, что он может солгать позже, когда изменятся обстоятельства.
Ра задумывается. Говорит Ар-Нель:
— Лянчин ждёт от своих Принцев сообщений о ходе переговоров, но больше — обо всём, что они тут увидят. Игра в то, что Младшенький так невероятно значим для лянчинского престола, затеяна, я думаю, чтобы лянчинцы могли посмотреть на Кши-На, сообщить свои впечатления домой и прикинуть, насколько выгодным может быть настоящее вторжение, а не мелкая грызня на пограничных землях.
— Похоже, — подаёт голос Смотритель Границ, Маршал О-Наю, высокий блондин с проседью в косе, эффектный, как кавалергард пушкинской поры. — Обычно им наплевать на тех, кого они оставили на нашей земле… Шесть лет назад, в местечке Шен-Од, один Принц Лянчина был убит — и я не припомню выяснений и делегаций. Пограничники просто закопали тело. С равным успехом он мог быть тяжело ранен или оглушён — и нам благополучно предоставили право делать с ним что угодно…
— Уважаемый Господин Маршал, — говорит Ар-Нель, консультант по южанам, — полагаю, тогда никому из наших политиков как-то не пришло в голову совать этот труп под нос Льву и обещать скормить его псам? А в данном случае — Льва поставили в известность о наших планах. Он оскорбился.
— Глаз не видит — душа не болит? — спрашивает О-Наю презрительно.
— Примерно так, — отвечает Ар-Нель. — Принцев в Лянчине полно, а вот оскорбление снести нельзя.
— Любопытно, — задумчиво говорит Государь, — а вот Эткуру… при том, что Принцев в Лянчине полно… его голос будет услышан, если он решит говорить со Львом?
— Их голоса тем слышнее, чем они ближе к Престолу, — говорит Ар-Нель. — Голос Пятого Принца слышнее, чем голос Двадцать Шестого, а голос Первого — и подавно.
— Важно, важно сделать Эткуру союзником, — говорит Дэ-Нг. — Всё может случиться… южане — мерзавцы, честолюбивые негодяи… как знать, не говорим ли мы с будущим Львом…
— Или — с будущим мертвецом, если он попытается запрыгнуть на Вершину Горы и промахнётся, — режет О-Наю.
Вдова Нэр замечает:
— А как было бы красиво… Наша нежная дружба с Принцем, который по воле Земли и Небес вдруг, каким-нибудь чудом, займёт Престол Прайда… Безопасность приграничных земель, торговля — пальмовое масло, вино, пряности…
— О, да, да, — кивает О-Наю. — Нежная дружба, беседы, чок с вафлями… Пусть переговоры тянутся и сопровождаются всеми этими политесами. Если они затянутся хотя бы до середины лета, мы успеем провести мобилизацию и будем готовы начать войну на территории Лянчина.
— Будет Гвардия Государева, наёмники и ополчение, если вы решитесь, — впервые за разговор изрекает своё веское слово второй маршал, Смотритель Гарнизонов, Господин Хен-Я, отец Забияки Ю-Ке, угрюмый пожилой вояка. — Благое дело. Двинуть на юг. Новое вооружение, артиллерия. Мечом варвара не напугаешь, а от пушек он бежит.
— Война на юге — это слишком расточительно, — возражает Дэ-Нг. — Тем более — масштабная и серьёзная. Кроме наёмников и Гвардии Государевой войне понадобятся люди, которые могли бы строить, а не рушить, тысячи, тысячи молодых мужчин — и у нас слишком много шансов оставить их жизни в этих поганых песках…
— Да, — говорит О-Наю холодно. — Расточительно. Рискованно. Но мы когда-то должны начать эту войну, Уважаемый Господин Канцлер. Я намерен говорить об этом на Большом Совете — и я прошу Государя пригласить на Большой Совет послов наших союзников. Вы забываете, Уважаемый Господин Дэ-Нг, что Лянчин граничит и с нашим Югом, с Шаоя — а эта маленькая жаркая страна продаёт нам не только пряности и благовония, но и идеи. Если мы сейчас настолько сильны, что стычки с варварами на границе заканчиваются на границе же — то Шаоя уже потеряла кусок земли восточнее Ходшерта. Если Лянчин сожрёт Шаоя — это будет вечным грязным пятном на нашем гербе.