— Деньги? — бойко откликнулся мистер Роузен. — Деньги — это не проблема. Трудно строить? Но это наша забота, черт возьми! Вы думайте о другом — о выгодах для России от такой магистрали, вот о чем следует думать русским! Вдоль всей трассы мы будем строить вспомогательные пути, каналы, порты, плотины, доки, набережные, элеваторы, электростанции, мы будем повсюду закладывать рудники, заводы — представляете себе, как оживится этот пустынный край? Мы построим там целые города!.. Элен, принесите нам кофе.
Жульницкий молчал. Ему вспомнилась почти аналогичная история со строительством Америкой Панамского канала, в результате которой Колумбия потеряла часть своей территории, где образовалось сепаратное панамское правительство.
— Я вижу, вас ошеломило мое сообщение? Что ж, Америка — страна огромных возможностей! Смотрите, как возбуждена пресса, — и Роузен положил перед ним пухлый альбом с вырезками из различных газет о Транс-Аляска-Сибирской железной дороге.
Но Жульницкий не проявил к альбому особого интереса: перевернул несколько листов с кричащими заголовками, а затем закрыл и отодвинул в сторону.
Роузен понял, что его гостя этот вопрос совсем не занимает.
Некоторое время пили кофе молча.
— Кстати, мистер Жульницкий, — прервал неловкое молчание хозяин, — надеюсь, это не секрет? Каковы ваши впечатления о деятельности компании? Ведь мы уже сегодня расстаемся с вами. А ваше мнение… Вы понимаете, как это важно для компании! Элен, — обратился он к секретарше, сидевшей тут же. — Вы все приобрели, Элен, для миссис Жульницкой? Не удивляйтесь, — он положил руку на плечо инженера. — У нас в Штатах такой обычай. Я посылаю вашей очаровательной супруге лионские шелка, марсельские кружева, духи «Коти» — и только. И надеюсь также, что вы не обидите нас отказом быть почетным акционером нашей компании, — с этими словами он двумя руками вытащил из стола внушительную пачку акций и передал их секретарше. — Распорядитесь, Элен, сейчас же все хорошенько упаковать и немедленно доставить на корабль покупки мистера Жульницкого… Наш дорогой друг, к сожалению, покидает нас, насколько мне известно, через час. Ведь это так?
Да, это было так. Но Жульницкий возражал против подарков.
Однако Элен уже ушла…
Довольный ловким трюком, мистер Роузен улыбался, быстро расхаживая по кабинету. Он считал, что представитель губернатора несомненно будет теперь поддерживать компанию.
Но он ошибся. Чиновник Горного департамента уже решил, что подарки жене ни к чему его не обязывают, раз здесь «такой обычай»… Что же касается акций, то их ему навязывают без его согласия, да он и немедленно продаст эти бумаги, пока они еще в цене… И нисколько это ему не помешает доложить о компании так, чтобы при возможной проверке не угодить в неприятность.
«Нет-с, милостивые государи, — думал он, — за кипу тряпок и пачку бумажек, которым (уж он-то знал это!) по прошествии непродолжительного времени истинная цена будет ломаный грош, меня не купите. Дешево оценили… Нет-с, не выйдет!»
— Вы что-то сказали? — Роузен остановился, склонив голову набок, пригладил на лысине редкие волосы.
— Время, говорю, отправляться, — инженер взглянул на часы.
На берегу Жульницкого поджидала пестрая толпа русских в непривычной для его взгляда одежде. Им сказали, что транспорт находится в распоряжении личного представителя губернатора и возьмут их или не возьмут в Россию — решить может только он.
— Господин чиновник…
— Мистер губернатор!
— Ваше превосходительство! — останавливали его со всех сторон.
— Дяденька, возьми нас на родину.
— Родненький! Мы же русские… — всхлипывала болезненная худая женщина.
— Не могу, не могу, — твердил он, пробиваясь к трапу.
— На тебя вся надежа…
Он досадливо морщился.
— Корабль военный, нельзя. К тому же надо разрешение местных властей.
— Так мы не приняли американства. Русские мы, господин губернатор! Ваша светлость…
— Возьмите, Христа ради! Совсем тут погибаем.
Среди просителей был и Василий Устюгов.
— Поднять трап! — раздалась команда в перезвоне машинного телеграфа.
Пароход начал отчаливать. На берегу, не глядя на корабль, Роузен и красавица Элен помахивали руками и смеялись над тем, как они ловко купили мистера Жульницкого.
Г лава 21
ВДАЛИ ОТ РОССИИ
Пароход удалялся. Казалось, он медленно погружается в море.