Но то, что случилось дальше, заставило её её затаить дыхание и густо покраснеть.
Фрост резко поднялся, и в следующее мгновение его тонкие, но сильные пальцы обхватили её подбородок, заставив поднять взгляд. Он наклонился слишком близко. Его дыхание коснулось её кожи, а изумрудные глаза гипнотизировали, заставляя терять контроль.
— Поймаешь меня? — прошептал он.
А потом он убрал руки. Отступил. И улыбнулся, искренне, беззаботно, почти как мальчишка.
Даниэль хотела ответить, но тут раздался резкий звон.
Она обернулась — чашка упала, рассыпавшись на сотню осколков по каменистому полу. Кофе растекался кляксами под столом. Она невольно подтянула под стул ноги, боясь испортить новые туфли, а потом когда она снова подняла взгляд — Ника Фроста уже не было.
Лишь пустой стул, лёгкий ветер и ощущение, что мир только что перевернулся.
3.
— Ты вор и лгун.
— Я лгал только насчет воровства, но больше я эти не занимаюсь.
— Не воруешь?
— Не лгу.
«Одиннадцать друзей Оушена.»
Дождь кончился, но город всё ещё дышал влажной прохладой, отражаясь в лужах размытыми огнями фонарей. Даниэль шла по мокрому тротуару, не торопясь, как будто старалась оттянуть момент возвращения домой. Каблуки мягко цокали по асфальту.
Она смотрела на свет фонаря, дробящийся в луже у её ног. Круги расходились, искажая свет, превращая его в пульсирующие звёзды, словно сама улица была отражением чьей-то вселенной. Капли падали с крыш. Редко, с задержкой, словно время замедлилось.
Вот и поъезд её дома.Тиихо, как и всегда. Старый дом с деревянными перилами и запахом кофе из квартиры соседки на втором этаже. Она поднялась по лестнице, чувствуя, как усталость давит на плечи. Но тело работало на автомате - взгляд скользил по углам, по теням, проверяя, всё ли на месте.
Даниэль сразу поняла, что в квартире кто-то есть, привычно нащупала пистолет у бедра и потянулась к выключателю.
- Не надо, - остановил её смутно знакомый голос, и девушка послушалась.
Она зажгла фонарик на мобильном и посветила в сторону говорившего.
Верхом на стуле у распахнутого окна её просторной гостиной сидел Ник Фрост.
— Привет, - улыбнулся он агенту.
— Ты что тут делаешь? — проигнорировав приветствие, осведомилась она.
— Соскучился, — красавчик состроил жалостливую гримасу.
— Ни в жизнь не поверю.
— А жаль, — деланно разочаровался «Ангел».
— Пришел с поличным? Теперь тебе стоит добавить еще взлом и проникновение?
— А ты злая, госпожа детектив!
- Я – агент, - поправила его Даниэль.
- Мне без разницы агент Пирс – подколол её мошенник.
Он замолчал и Даниэль, воспользовавшись этим, внимательно рассмотрела его: бледное лицо, чуть поджатые губы. Фрост явно нервничал, ну или успешно делал вид, что взволнован.
— Ты не ответил на вопрос, — сказала Даниэль, не опуская телефона. Луч фонарика дрожал на лице мошенника, выхватывая из полумрака скулы, тень под глазами. — Что ты здесь делаешь, Ник?
Он медленно слез со стула, не сводя с девушки пристального взгляда. Движения его были осторожными, плавными, как у кошки, привыкшей к теням.
— А разве нельзя просто зайти в гости к старому другу?
— Обычно друзья заходят через дверь, не находишь? - резко ответила она. — Мы не друзья. Мы враги по определению. Ты - преступник, а я — федеральный агент. Это не оставляет места для дружбы.
— Даже так? – Фрост театрально вздохнул. - А если я хочу предупредить тебя об ограблении? - вдруг заявил он, - Это добавит мне првлекательности в твоих глазах, Даниэль?
Девушка, проигнорировав его переход на "ты", слушала рассказ Ника .
Он рассказал Даниэль, что целью мошенников будет известный английский владелец ювелирного дома, который славится своим странным бзиком размещать новую коллекцию в домашнем сейфе перед отправкой её в магазин. Как правило, все коллекции этого ювелирного дома были эксклюзивны и создавались в единственном экземпляре, что, безусловно, возносило ценность изделий до небес. Сейчас был ровно такой случай.