Доступ полицейским и агентам её управления в само здание был запрешён.
- Личная безопасность, — заявил владелец.
«Или паранойя, — мысленно добавила Даниэль, - или ещё хуже слишком большая уверенность в собственной защищенности».
Ювелир лично поместил небольшую коробку внутрь сейфа, запоминая высветившийся на едва заметном табло на поверхности нижней части вес, и закрыл крышку.
После этого сигнализация и блокатор сработали одновременно.
Далее по плану Ника на арену событий должен был вступить Лис, незаметной тенью проскользнувший с карниза. Сирена раздалась снова. Громкая. Настойчивая. Полиция ворвалась внутрь. Лис – пойман. Лежит, распластанный на полу, с гримасой удивления на лице. Словно «забыл», что у сейфа есть блокатор. Словно не знал, что сигнализация срабатывает при любом нарушении герметичности. Словно… «его подставили».
— Ну что ж, — пробормотала Даниэль, наблюдая, как Лиса ведут в наручниках. — Слишком легко.
Она подошла к Лину.
— Проверим содержимое?
— Уже проверили, — отрезал тот.
— Проверим ещё раз, — настояла она. — По протоколу. Вы уверены, что внутри тоже все в порядке?
Владелец вздохнул и нехотя вскрыл крышку. Украшения были на месте.
— Ну, довольны? — бросил он.
— Окей, — резюмировала она, — Закрывайте.
Ночью особняк погрузился в тишину.
Дополнительная охрана — как и предсказывал Ник — была выставлена: двое у дверей, один на крыше. Никто не заметил, как тень скользнула по карнизу, будто не имея веса. Никто не услышал, как газ бесшумно вырвался из миниатюрного баллончика, окутав охрану лёгкой, сладковатой дымкой, прекрасный «призрак» приступил к осуществлению своего плана…
Утро выдалось на редкость погожим. Солнечным, в меру жарким и довольно-таки сухим. Даниэль вышла из полицейской машины и, присев на ближайшей лужайке, с удовольствием вытянула затекшие ноги. Ночь прошла спокойно. Никаких других происшествий, кроме неудавшейся попытки ограбления, замечено не было.
В девять ювелир должен был извлечь коллекцию из сейфа для перевозки в один из своих магазинов. На этом миссия Даниэль была бы закончена. Она сладко зевнула, предвкушая, как заснёт, обняв мягкую подушку после дежурства.
И тогда они услышали вопль…
Примчавшись на дикие крики владельца, они обнаружили бившегося в конвульсиях богача и пустой сейф.
Секретарь хозяина нервно кашлянул:
— Мисс Пирс, это, кажется, для Вас, — мужчина дрожащей рукой протянул ей найденную внутри записку.
На красивом голубом конверте аккуратным подчерком было написано: «Для агента Д. Пирс»
Девушка вскрыла конверт, торопливо вынимая из него содержимое — маленький листок пахнущей корицей бумаги, на котором изящными буквами было выведено адресованное ей послание:
«Спасибо, скоро увидимся, Даниэль!»
6.
Начальник вызвал Даниэль к себе. Не по внутренней связи. Не вежливым «зайдите, когда будете свободны». А коротким, как выстрел, сообщением:
-Ко мне. Сейчас – просто вышел из своего кабинета и резко бросил. Так, что притихли все.
Кабинет шефа всегда пах старыми делами, кофе с горчинкой и тихой усталостью от людей, которым он перестал доверять. Даниэль постучала. Дверь была приоткрыта и она вошла.
Главный сидел за столом. Судя по тому, как нервно стучали чужие костяшки пальцев по громоздкомой деревянной столешнице, девушка поняла, что предстоящий разговор не предвещает ничего хорошего.
— Почему он указал в письме твоё имя? — злился главный, — У вас с ним, что, особые отношения?
— Нет, — протестуя отрицала Даниэль.
— Достаточно, на этот раз ты сильно облажалась, Пирс, — хмурый взгляд припечатывал, — даю тебе три недели: или ты поймаешь Ангела, или я тебя отправлю в деревню цыплят у бабулек пересчитывать.
Она напряглась. Шутит, конечно, но по головке её точно не погладят. О повышении придётся на время забыть. Да и премия, скорее всего, исчезнет, как туман над Темзой. А репутация? Она тоже уже под вопросом.
— Вы серьёзно? — спросила она, стараясь держать голос ровно.
— А ты думаешь, я шучу? — Он усмехнулся без тени юмора. — Он «выбрал тебя», Даниэль. Не случай. Не случайность. Тебя. Почему? - Шеф бросил на стол конверт.Слишком знакомый. Голубой. Тот самый, из сейфа ювелира - Забирай, - в сердцах бросил он.
Пирс сидела за рабочим столом, в сотый раз пересматривая зазубренное наизусть досье на Николаса Фроста. Все написанное она уже перепроверила не единожды и никакого прогресса, ни одной зацепки или слабости.