— Это связано с тем, чего хочет мое тело от твоего. — Он пытался говорить спокойно и объективно, но в его тоне проскальзывали рычащие нотки. — Каждый раз, как я пробую твою кровь или мед, связь между нами усиливается. И я хочу сделать её ещё сильнее.
— Значит, когда ты говорил, что не хочешь заниматься любовью?..
— Я хочу связать тебя со мной, София. — Он повернулся к ней лицом, и она испугалась, увидев, как его глаза мрачно светятся в темноте. — Я хочу оказаться в твоем влажном, тугом лоне по самые яйца, толкаясь в тебя медленно, глубоко и жестко, наполняя тебя, кончать внутри тебя снова и снова, сделать тебя моей.
У неё дыхание перехватило от описанной им красочной картины.
— Ты… сделаешь это?
— Мало того, — тихо продолжил Сильван. — Я хочу снова взять твою кровь, ввести в тебя свою сущность, пока буду наполнять семенем. Это запечатывает связывание, так что ни один другой мужчина не сможет отнять тебя у меня.
— Ты хочешь меня укусить. — Софи почувствовала озноб и дрожь от этой мысли. Его большое мускулистое тело покрывает её, его острые клыки вонзаются в её плоть… это слишком ужасно. — Пожалуйста, Сильван, ты… ты меня пугаешь. Ты обещал, что не будешь это делать.
Он провел рукой по волосам.
— Нет, если ты сама меня не попросишь. А я знаю, что этого никогда не будет. — Он издал низкий полный разочарования звук, нечто среднее между вздохом и рычанием. — Не волнуйся, София, меня всё ещё связывает обет. И у меня нет желания брать то, что ты не хочешь давать, так что ты в безопасности. Просто… лучше, если мы будем держаться на небольшом расстоянии друг от друга. Мы приблизились к черте, которую никто из нас не хочет пересекать.
— Думаю, ты прав. — София обрадовалась, что в нем оказалось достаточно от джентльмена, чтобы остановиться, но не могла не пожалеть об этом. — Я знаю, что всё закончится, едва мы выберемся отсюда, и ты… больше ничего не будешь чувствовать ко мне, — сказала она нерешительно. — Но я хочу, чтобы ты кое— что знал, Сильван. Я… Я никогда не ощущала ничего похожего на то, что чувствую, когда ты прикасаешься ко мне. Когда ты, э— э— э, помечал меня… — Её щечки загорелись от смущения, и ей было трудно подобрать подходящие слова.
Сильван пристально посмотрел на неё сверкающим взглядом.
— Да? — прошептал он.
— Я… Я просто хочу, чтобы ты знал, никто никогда не доставлял мне таких… ощущений. Такое… наслаждение. — Софи смотрела на свои руки, не в силах встретиться с его обжигающим голубым взглядом. — Я никогда этого не забуду.
— София… — Он приподнял её подбородок и серьёзно на неё посмотрел. — Я никогда этого не забуду. То, как ты лежишь, раскрывшись для меня, ощущение твоих рук в моих волосах, мягкие, беспомощные звуки, что ты издаешь, когда кончаешь, то, как ты кричишь моё имя… Боги! — Он на мгновение прикрыл глаза, из его горла вырвалось тихое рычание. — Это выжжено в моей памяти, в моем сердце. Навсегда.
София чуть прикусила губу.
— Я… рада это узнать.
— И если мы не перестанем говорить, я сделаю это снова, — хрипло сказал он. — Это и многое другое.
— Я знаю. Извини, — кивнула она.
Сильван потер ладонью лоб, как будто пытался снять внутреннее напряжение.
— Вот почему думаю, будет лучше, если я вернусь спать на пол. Прости меня, но лежать рядом с тобой в одной постели невероятно соблазнительно.
Софи хотела сказать ему, что тоже находит его невероятно соблазнительным, но понимала, что лучше этого не делать. Голодный взгляд сияющих голубых глаз говорил ей, что она уже перешла черту, и что пришло время прекратить его подталкивать.
— Спокойно ночи тогда, — прошептала она, отворачиваясь от него.
— Спокойной ночи. — Он встал с кровати и вернулся на ковер перед огнем. — Постарайся отдохнуть. Завтра, если сможем, нам нужно добраться до ближайшего населенного пункта. Я не знаю, почему с нами ещё никто не связался по тейк— ми, вероятно, все на вечеринке в честь связывания. Но уверен, завтра они поймут, что мы пропали.
Софи собралась спросить, где, по его мнению, находится ближайший город, но он уже повернулся спиной к кровати. Довольно откровенный намек, что он просто хотел лечь спать, а потому она решила сделать тоже самое.
Стоило ей закрыть глаза, его слова всплыли в её голове.
«Я хочу связать тебя со мной, София… Я хочу снова взять твою кровь, ввести в тебя свою сущность, пока буду наполнять семенем».
Эти слова перед её мысленным взором преобразовались в образы, одновременно волнующие… и какие— то неотразимые. Они очень долго не давали ей заснуть, а затем последовали за ней в сновидения.