— О, боже мой. Я уже еду. Бринн может меня отвезти…
— Нет, — быстро говорю я. — Ты не можешь приехать. Здесь небезопасно.
— Макс…
— Я серьезно. Что-то не так. Похоже, у него был один из его пьяных приступов, но я не чувствую от него запаха алкоголя. Я дал ему снотворное, чтобы он смог пережить ночь. Завтра утром я отвезу его в больницу… — Мой голос прерывается, когда я потираю челюсть. — Раньше я думал, что это из-за выпивки, но он был трезв, Элла. Боюсь, что это что-то другое. Что-то похуже.
— Макс, — шепчет она. — Я пойду с тобой завтра. Я хочу быть там.
Я киваю, скрежеща зубами.
— Да. Хорошо. Завтра.
В трубке слышится ее хриплый вздох.
— Мне так жаль, Макс. Где Маккей? Он с тобой?
— Нет. Мы поссорились, и он ушел несколько минут назад. — Я сжимаю переносицу, качая головой. — Бринн бросила его сегодня, так что он пьян и несчастен.
— Да, — выдыхает она. — Она мне сказала.
— Он сказал, что ему нужно проветрить голову. Если он вернется, может, я смогу встретиться с тобой ненадолго. Маккей присмотрит за папой. В общем… повеселись. Хорошо проведи время, ладно?
Она говорит так, будто может заплакать.
— Я хочу быть с тобой.
— Я знаю, — говорю я ей, желая этого больше всего на свете. — Но ты заслуживаешь этого. Потанцуй с Бринн, съешь тонну углеводов, посмотри фейерверк над водой. А потом расскажешь мне обо всем этом. Пожалуйста, не волнуйся обо мне.
— Макс… я не знаю. Мне кажется, что я должна приехать, — настаивает она. — Без тебя все будет не так.
Я сжимаю в руке мобильный телефон и тяжело вдыхаю сквозь зубы.
— Позвони мне позже, хорошо? Я буду здесь.
— Ты в порядке? — мягко спрашивает она. — Он… причинил тебе боль?
Да.
Он сделал мне больно.
Но я не говорю этого.
— Он не причинил мне вреда. Он сейчас спит. Я в порядке.
— Ты уверен?
— Да, уверен. Я…
Я люблю тебя. Я хочу залезть к тебе в окно и заниматься с тобой любовью, пока не взойдет солнце и не начнется новый год. Я хочу скакать на лошадях по золотистым полям, любоваться закатами и жениться на тебе на нашем любимом мосту.
Сдерживая свои эмоции, я шепчу последнее прощание, прежде чем отключить звонок.
— С Новым годом, Солнечная девочка.
Я бросаю телефон на диван, снимаю галстук и опускаюсь на пол, усыпанный стеклом.
ГЛАВА 26
ЭЛЛА
Шум вечеринки взрывает мои барабанные перепонки, пока Бринн ведет меня сквозь море людей в своем коктейльном платье ярко розового цвета. Она безупречно скрыла свои опухшие глаза, проплакав на моем плече целый час, пока мы готовились в ее спальне.
Я не очень хочу быть здесь без Макса, но я также нужна своей подруге.
Она горюет.
Пальцы с ногтями цвета розового фламинго обвились вокруг моего запястья, когда Бринн протаскивает меня за собой между группами старшеклассников.
— Этот дом потрясающий! — заявляет она, отхлебывая из бокала пунш.
Я не люблю алкоголь, поэтому пью колу, жалея, что это не «Доктор Пеппер».
— Наверное.
Поджав губы, иду за ней в столовую, где четверо футболистов бросают шарики для пинг-понга в кружки с теплым пивом. Я съеживаюсь. Один из парней — приспешник Энди, и было бы дурной услугой по отношению к его репутации, если бы он не воспользовался возможностью помучить меня.
— Санбери! — Он присвистывает. — Я присмотрел для нас одну из спален. Отличная двуспальная кровать и шелковистые простыни. Там есть одна из тех свечей с ванильным ароматом. Слышал, что это афродизиак.
Если бы мои глаза закатились еще сильнее, они бы точно застряли в черепе.
— Ты не смог бы меня возбудить, даже если бы прилагалось руководство пользователя и горячая линия по устранению неполадок.
— Посмотрим.
Его взгляд скользит по моему телу, от декольте до голых ног, которые Бринн настояла сбрызнуть мерцающим спреем для тела. Они все еще бледные, как мичиганский снег, но теперь они блестят. На мне черное вечернее платье — то самое, которое я надевала на ужин в вечер нашего с Максом первого поцелуя, и одно из трех, которые у меня сейчас есть.
Три платья, блеск и вечеринка в конце года.
Я даже не узнаю себя.
Вечеринка продолжается на фоне турниров по переворачиванию стаканчиков, громкой музыки и пьяного смеха, когда я прислоняюсь к стене и приветственно машу Каю, когда он появляется, одетый так, чтобы произвести впечатление.