Я сидела на потёртом кожаном диване в кабинете графа Эвиса, смотрела на него сквозь полуприкрытые ресницы и до меня медленно доходил смысл сказанного им.
Кто-то убил двух человек, моих знакомых, моих коллег по цеху, молодых, талантливых ребят. Просто взял и выстрелил в них отравленным дротиком, а потом бросил их тела в городе.
Это было настолько дико, что я никак не могла полностью осознать это.
Вспоминала наши встречи — ничего особенного. Просто едва знакомые, но объединённые одним даром и секретом люди в апартаментах какой-нибудь роскошной гостиницы в неизвестном городе, куда нас порталом переносил Учитель. Нас всего двадцать, плюс-минус, так что ему не трудно.
Обычно на этих встречах мы вели себя, как случайные знакомые на каком-нибудь большом торжественном вечере — говорили о погоде, шутили, обсуждали политику. Но никогда о работе или себе.
Если бы меня кто-нибудь сейчас попросил описать двоих погибших, я бы точно вспомнила Эсмеральду — женщин с даром Тени всегда в разы меньше, чем мужчин. До её смерти нас было всего шестеро. Сейчас осталось пять.
Но Туз… в нём не было ничего особенного, как и во всех остальных Тенях. Ну разве что эльфы отличались, просто потому, что они — эльфы, высокие, ушастые и до приторности идеальные.
Так что я бы вряд ли вспомнила его лицо. Тем более, что большинство из нас даже в обычной жизни пользовались амулетами личины.
И тем не менее, он был живым. Тогда. Имел друзей, родителей, возможно личную жизнь. Как и Эсмеральда. А теперь их обоих больше нет. Возможно и меня найдут, и граф со всеми его обещаниями не справится, не спасёт. И тогда женщин Теней останется четверо.
От этой мысли бросило в дрожь. А ведь меня уже нашли, и если бы не оборотень и пославший его граф, то меня бы тут сейчас не сидело.
Граф Эвис заметил моё состояние.
— Тебе холодно? — Спросил он, разглядывая меня. — Или я тебя напугал?
Я подтянула и прямо в ботинках поставила ноги на диван, обхватила колени руками и смотрела в расстёгнутый ворот графа, размышляя о своём. Говорить не хотелось. Да и что я могла сказать?!
Я была измотана физически и эмоционально, выжата, как тряпка. Однако есть в плохих новостях и хорошее. После всего, что я узнала, личная привязка на графа уже не воспринималась так ужасно.
Ну подумаешь, на поводке у главы отдела расследований магических преступлений управы! Зато жива и почти здорова. Не считая общей потрёпанности и помятости от встречи с бетонной мостовой и телом оборотня после взрыва бомбы, мертвецкой усталости и зверского голода. Но всё это по сравнению со смертью было поправимым.
Правда, я всё больше переживала за Адама. Куда пропал мой фамильяр? Я, конечно, могла и не чувствовать его на своём теле, если он не шевелился. Но мы проговорили не меньше часа, и за это время ни одного движения? Уснул? Умер? Сбежал?
Оборотень распрощался с нами в коридоре, пожал обе мои руки — левую почему-то дважды — хлопнул графа по плечу и ушёл. А мы отправились на кухню добывать мне ужин. Однако, когда я вошла туда, аппетит у меня пропал.
Там, на полу у панорамного окна, обвив лапки хвостом сидел и аккуратно (подайте ему ещё нож и вилку) ел сырую печёнку из фарфорового блюдца мой фамильяр.
Я даже застыла на пороге с открытым ртом при виде этой кухонной пасторали. Только сюр на этом не закончился — из-за дверцы холодильника выглянула графская экономка — бритоголовая девчонка. Она облила меня таким презрением во взгляде, что я вытаращилась уже на неё, на время забыв про кота.
— Мали, это — Тень. Тень — это Мали, моя помощница по дому. — Представил нас граф друг другу.
Мали на этом представлении сморщилась так, будто увидела дохлую мышь. Однако приличия ради или чтобы не расстраивать хозяина протянула мне руку для приветствия. У меня таких проблем не было, так что я демонстративно убрала руки в карманы и прошла мимо неё к столу, бросив только быстрый взгляд в сторону своего фамильяра.
Сейчас, при посторонних я с ним разбираться, конечно не стану. Но позже уши накручу. Гад! Предатель! Бесово отродье! Продался чужакам за еду, а хозяйку бросил им на растерзание.
Верн (про себя я называла его по имени — так короче) выдвинул для меня стул и предложил присесть. Надо же, какие церемонии! Я уселась и с мерзким скрежетом нарочно проехалась всеми четырьмя ножками по паркетному полу. Граф вздрогнул, но слова не сказал. Молча отошёл и сел за стол напротив меня.
Зато Мали, кажется, готова была сказать мне очень много. И не только сказать. Кажется, она была готова вцепиться мне в лицо или вообще порвать на мелкие кусочки. Прекрасно! Получи, красотка, за то что тянешь руки к моему коту!