Только теперь мне точно нельзя ничего есть в этом доме — у неё только что на лбу не написано, что отравит.
Однако я решила рискнуть, когда она достала из холодильника аппетитные бутерброды с ветчиной. Девушка снова выразила мне своё отношение, грохнув передо мной тарелкой с такой силой, что несчастные бутерброды подлетели и частично растеряли начинку.
Но ничего, я аккуратно собрала и зажевала парочку. В сухомятку. Чай я уж точно не решилась пробовать — Мали подала его с таким видом, что я испугалась смертельной дозы слабительного в нём. Ладно, попью водички из-под крана.
Жуя свой поздний ужин я периодически бросала взгляды на кота. Тот уже прикончил свою печёнку и сейчас без зазрений совести ел кусочки ветчины, которые Мали снимала со своего бутерброда и демонстративно подавала ему.
— Адам. — Сказала я самым выразительным тоном.
Кот прижал уши, но всё же схватил и проглотил последнюю подачку из рук экономки, прежде чем шмыгнуть ко мне под стул. Мали как ни в чём не бывало жевала безвитчинный бутерброд, с чувством выполненного долга поглядывая на меня. Верн, кажется, тоже улыбался себе в чашку, разглядывая нас обеих поверх её края.
И только я чувствовала себя абсолютно выжатой этим дурацким днём, военными действиями за столом и злостью на кота. И на весь мир.
Потому я решила свой ужин не затягивать. Молча жевала, периодически бросая исподлобья взгляды на хозяина и рассматривая остатки моего боевого искусства на его благородном лице.
Нос ему явно уже магически подлечили, царапин от кошачьих когтей я вообще не увидела — тоже убрали магически? Так что всё, что «украшало» его лицо сейчас — это небольшая припухлость в переносице и фиолетовые синяки под обоими глазами. Эх, приятно знать, что не только он мне день изгадил!
Однако это не слишком помогало, когда я вспоминала про магическую привязку, которую он на меня повесил. Её ведь никак невозможно убрать! Он теперь всегда будет чувствовать меня, если я в радиусе пятидесяти километров от него. И пусть физически это никак не ощущается, я всё равно теперь буду чувствовать себя будто на поводке.
Теперь уж точно только эмиграция!..
Жаль, с эльфами уже не выйдет — я не отработала положенный срок после окончания академии и не прохожу по их условиям. Теперь без вариантов, только Лестания. Если там не встретят валькирии. Ведь маму они отыскали именно там…
Наконец полуночный ужин закончился, Мали провела меня по коридору к дальней комнате, буркнула что-то вроде «спать там» и удалилась. Но мне уже было плевать и на её хамство и на то, где спать — главное, не на улице. Так что я ввалилась в комнату, стянула с себя одежду и просто нырнула под одеяло, кажется, вырубившись ещё до того, как закрыла глаза.
Комнату я рассмотрела уже с утра — ничего такая, симпатичная, уютная, с картинами на стене. Я рассматривала картины, обстановку в зелёных тонах и почёсывала маленького предателя по животику.
— Ну, рассказывай. — Вздохнув, произнесла я.
— Злишься? — Спросил кот вместо ответа.
— Уже нет. — Я пожала плечами. — Просто хочу знать, что происходит. Если ты хочешь сменить хозяйку — твоё право. Я понимаю, что когда ты делал привязку, у тебя не было выбора…
— Стой, стой, стой! — Кот поднялся и уселся у меня на груди, отчего дышать стало тяжело. Заглянул в глаза. — Ты чего уже себе надумала? Думаешь, я тебя предал?
Я сняла его с груди, посадила на кровать и села сама.
— А что это тогда было вчера? — В груди поднимались обида и злость. — Я пришла в себя одна, ты так и не появился за время всего нашего разговора в кабинете. А если бы меня там пытали? — Я взвинтила себя так, что уже почти кричала на него. — А потом я прихожу на кухню, а ты, как ни в чём не бывало, жрёшь из чужих рук. Это не предательство?!
Кот спрыгнул с кровати, перешёл, сел посреди комнаты на пол и уставился на меня из-подо лба.
— То есть вот так ты думаешь обо мне.
Он был спокоен и это бесило ещё больше. Я резко откинула одеяло и встала.
— Да пошёл ты! — Рявкнула я и стала оглядываться в поисках свой одежды.
— Куда ты собралась? Мы не договорили. — Адам обиженно смотрел на меня снизу вверх.
— Слушай, я хочу в туалет, умыться и позавтракать. — Устало сказала я. — Мне тут твои представления с обиженной невинностью смотреть некогда. Либо ты спокойно всё объясняешь, либо я остаюсь при своём мнении: ты меня предал! А я не собираюсь таскать за пазухой предателя! Отдам тебя другому хозяину!