Я открыла рот, чтобы ответить, но Эдриан воспользовался моментом и поцеловал.
А целоваться он умел! Впрочем, как и всё остальное. Только моё тело всё никак не хотело откликаться. Отвлекал его колючий свитер и привычный, но довольно сильный аромат парфюма. А ещё мысли об отпуске и незаконченном проекте.
Некстати вспомнился мужчина, курящий на открытой террасе своего пентхауса — хозяин объекта моего заказа, за которым я следила последние пару недель. Исходящая от него невероятная сила и его охренительный разворот плеч.
И двадцать тысяч далий, которые я получу, когда выполню этот заказ…
Эд уже выдернул заколку и растрепал мои волосы, расстегнул на мне кофточку и стащил джинсы до колен. Его руки и губы уверенно ласкали моё тело, но всё что я ощущала — это холод столешницы, в которую я упиралась голой задницей и то, как мурашки покрыли всё тело. Тоже не от возбуждения.
Я попыталась вспомнить, вернуть то ощущение, что было раньше. Расслабилась. Во всяком случае попыталась. И почему-то перед глазами снова возник образ широкоплечего мага с сигаретой в руке. Нет, трахаться с двумя мужиками одновременно я не готова! Даже если один из них воображаемый.
Я стала потихоньку отстраняться, но Эд уже разошёлся и моих слабых попыток не замечал.
— Эд. — Я уворачивалась из-под его поцелуев и упиралась ладонями ему в грудь. — Подожди, Эд. Остановись!
Он замер и уткнулся лбом в мой лоб.
— Что такое, малышка? — Пробормотал он и тут же снова потянулся ко мне. Я упёрлась сильнее и отвернула лицо. Эдриан отстранился и нахмурился. — У тебя месячные?
Я фыркнула. Да уж, мужчины! Единственная причина, по которой я могу не хотеть его, в его понимании — физиологическая.
— Нет, Эдриан. Я… просто устала. И ещё не закончила с проектом, нужно поработать. Извини.
Я понимала, что это звучит глупо, но поделать ничего не могла.
Эд всё ещё обнимал меня и смотрел в глаза, но уже абсолютно прояснившимся взглядом. И под этим взглядом я чувствовала себя полной дурой. Надо было сказать, что я просто не хочу.
И вообще давно стоило поговорить и закончить эти отношения. А вместо этого я лепечу какие-то глупости. Видимо, он тоже это понимал. Ну или что-то своё, потому что отстранился, аккуратно поправил на мне лифчик, одёрнул кофточку и отступил на шаг.
— Рин, что происходит? — Он сложил руки на груди и внимательно рассматривал меня.
Мне смотреть на него не хотелось, поэтому я дольше, чем на самом деле требовалось, подтягивала и застёгивала джинсы и расправляла внутри карманы.
— Детка, ничего не хочешь мне сказать? — Продолжил он, устав ждать моего ответа. — Ты избегала меня всю прошлую неделю. Да какую неделю — я не помню, когда мы в последний раз ходили куда-то вместе. Между нами ещё что-то есть?
Хотелось вспылить, ответить вопросом на вопрос — а когда ты прыгнул к очередной барышне в постель, между нами что-то было?
Но я промолчала и отвела глаза, рассматривая календарь с выделенным красным передвижным квадратиком сегодняшним числом на стене за его плечом — четверг, двадцать восьмое марта. Весна.
Вот какой смысл выяснять отношения, которых нет? Кто прав, кто виноват — уже без разницы. Ведь он даже не понял, что обидел меня, сделал больно. А теперь я почему-то чувствую себя виноватой. Ненавижу это!
И почему я одна должна быть виноватой? Если бы не его левые бабы, может у нас и получилось бы что-то. Может, я смогла бы…
А может и не смогла. Я же никогда не влюбляюсь. И то чувство тогда… вряд ли это была любовь. Если бы это была она, то не прошла бы за неделю. Вон Али уже больше года страдает по своему бывшему. Наверное я и правда деревянная.
Эд потёр руками лицо, и я воспользовалась моментом и перевела на него взгляд. Он был всё тем же — красавцем-блондином, высоким, зеленоглазым. По нему в открытую и втайне сохли практически все женщины от младшего подросткового до глубокого пенсионного возраста. Вряд ли он будет тосковать по мне слишком долго. Точно не будет.
Я вздохнула:
— Эд, думаю, нам… нужно расстаться. — Выдавила, слегка запнувшись.
Эдриан убрал руки от лица и сунул в карманы.
— И давно ты об этом думаешь? — Он сделал ударение на последнее слово.
— Пару месяцев?.. — Я пожала плечами и снова подняла взгляд на него. Эд на мгновенье прикрыл глаза. А когда открыл, в них стояла такая боль, что меня захлестнуло. — Эд…
Первым порывом было отменить сказанное. Сказать, что я пошутила, что просто обиделась, а на самом деле всё в порядке и обнять его. Всё же мы не были чужими и я почему-то чувствовала свою отвестственность за его страдания.