Марквиль отвёл взгляд первым.
— Я так понимаю, сделать я ничего не могу? — Он кивнул на разбросанные по столу документы. — Все эти компенсации, гарантии и бонусы за потерю специалиста. Они мне на хер… прошу прощения!
Верн хмыкнул. С одной стороны, он его прекрасно понимал. Марквиль, похоже, всё-таки не был полным кретином, судя по тому, как он смотрел на Рин. Только ему совсем не было его жаль.
— Мне нужен конкретный МОЙ специалист! — Продолжил разоряться Марквиль. — До следующего распределения ещё два с половиной месяца. пока человек придёт, пока войдёт в курс и ритм — минимум полгода, а заказы горят уже сейчас.
Рин пыталась было что-то сказать, но Верн вступил первым:
— Насколько мы знаем, Ринара — не единственный ваш специалист…
— Такой — один!
Рин переводила взгляд с одного мужчины на другого и хмурилась всё больше.
— …и государство выплачивает вам действительно приличную компенсацию, — сделав вид, что не заметил, что его перебили, продолжил Верн, — вы можете обратиться к сторонним…
— Да на хер мне ваша компенсация! — Марквиль с такой силой ударил ладонью по торцу столешницы, что массивный, гружёный стол отъехал на несколько сантиметров, и вскочил на ноги.
Он будто не замечал боли, а ведь саданул сильно. Эк его пробрало!
Верн тоже поднялся, но Марквиль полностью игнорировал его. Он смотрел только на Рин и во взгляде его читалась злость и… боль?
— Рин!.. — Он поднял взгляд на Верна. — Вы можете оставить нас на пять минут?
Рин встала, но Верн не дал ей ничего сказать:
— Госпожа Ринара находится под моей личной охраной. Так что — нет, не могу.
На этот раз во взгляде Марквиля, направленном на Верна, полыхнула настоящая, неприкрытая ненависть.
— Ну, что ж. — Медленно проговорил он, едва разжимая челюсти. — В таком случае оставайтесь. Если Вам так нравится подслушивать личные разговоры.
— Эд? — Рин кажется, совсем растерялась.
Верн только приподнял одну бровь, но директор «Орхидеи» уже не обращал на него внимания. Он шагнул ближе к Рин, заставляя Верна напрячься.
— Рин, малышка, пожалуйста, не делай опрометчивых шагов! Мы поругались, но для меня ничего не закончилось…
— Для меня закончилось. — Она почти шептала, не зная, куда деваться от смущения. — Но это тут не при чём.
Больше всего Верну хотелось кулаком стереть это драматичное выражение с лица Марквиля. Потому что сейчас он явно пытался играть на чувствах Рин.
Марквиль подошёл ещё ближе, но Верн предостерегающе поднял руку:
— Не стоит приближаться, господин Марквиль. Напоминаю Вам, что девушка находится под моей охраной.
— Заткнись, «крысак»! Я не с… — Договорить он не успел, так как оказался лежащим мордой в стол, с завёрнутой правой рукой.
— Верн!
— Урод!..
— Господин Марквиль. — Верн держал злость под контролем, хотя, видят боги, это давалось сложнее, чем обычно. — Вы сейчас оскорбляете сотрудника Управления при исполнении. Минимум, что Вам за такое светит — это административное наказание в виде штрафа. А если я обижусь всерьёз, то могу устроить и пару месяцев исправительных работ на очистке канализационных коллекторов. Так что не злоупотребляйте моим терпением.
— Верн. — Голос Рин дрожал. — Отпусти его. Он…
— Ах, он тебе уже просто Верн? — Зло пропыхтел в стол Марквиль. — Понравилось спать с начальниками? Ааа!
Ярость волной ударила в голову, когда Верн сдавил болевую точку на запястье Марквиля и выкрутил его руку ещё сильнее. Он чувствовал, как трещат по швам жалкие остатки самообладания, удерживающие его от того, чтобы не довести дело до конца. Ещё труднее стало сдерживаться, когда обернувшись, он увидел выражение лица Рин.
Он профессионал! Профессионал, твою мать! Даже когда хотелось убить того, кто оскорблял его женщину. Он на пару секунд прикрыл глаза, возвращая самоконтроль, прежде чем заговорить:
— У тебя пять секунд на то, чтобы извиниться перед девушкой, Марквиль.
Верн сам едва слышал собственные слова за пульсирующей в ушах кровью. И только удивлялся собственной выдержке, с предвкушением и ужасом ожидая, когда она даст сбой. Он не хотел ломать ему руку — слишком просто. Нет, он просто превратит морду ублюдка в кусок мяса. Без магии. Кулаками.
Марквиль хрипел и шипел, но извиняться, похоже не собирался.
— Верн, пожалуйста! — Он обернулся и посмотрел на бледное в зелень лицо Рин. — Отпусти его и пойдём.
Похоже, его маленькая валькирия до обморока не терпела насилия. Не отводя от неё взгляда, Верн слегка ослабил захват, а затем и вовсе отпустил руку, отошёл от Марквиля. Он приобнял Рин за талию и почувствовав, как она обмякла в его руках, прижал к себе сильнее.