— Приятно видеть, что вы, дамы, ладите и веселитесь. Здесь невероятно пахнет. — Примирительно говорит он, обращаясь ко всем в комнате. — На самом деле я здесь из-за Уинтер, если вы не против, чтобы я её похитил, — добавляет он в ответ на чей-то вопрос.
При звуке моего имени, слетающего с его губ, моё сердце пропускает удар, но я борюсь с этой реакцией, всё ещё готовая злиться на него и пытаясь справиться со своими противоречивыми эмоциями.
— Вообще-то, самое время. Твоя Уинтер только что провела утро, готовя свой собственный банановый хлеб, который только что отправился в духовку, — с гордостью говорит Старла, обнимая меня за плечи.
Я раздражаюсь из-за того, что она называет меня «его Уинтер», но ничего не говорю. Габриэль улыбается, пробираясь сквозь толпу женщин, пока не оказывается перед нами, но он не прикасается ко мне, и я остро ощущаю это отсутствие.
— Я подумал, что мог бы пригласить тебя на обед, — непринуждённо предлагает Габриэль, внимательно вглядываясь в моё лицо.
Хотя я ела всего несколько часов назад, из-за постоянного потока кофе и невероятных ароматов выпечки у меня разыгрался аппетит, и в животе урчит, выдавая мой голод, прежде чем я успеваю сказать ему об этом.
На его губах появляется лёгкая улыбка, и я краснею. Протянув мне руку в редком для него жесте, выражающем просьбу о разрешении, Гейб ждёт, когда я возьму её, и моё сердце переполняется от значимости этого жеста. Он даёт мне выбор. И хотя какая-то часть меня хочет отвергнуть его, наказать за то, как он со мной обращался, за то, что вёл себя как зверь, я не могу удержаться и беру его за руку. Его ладонь намного больше моей, и когда он нежно обхватывает ею мою руку, его загорелые пальцы полностью закрывают мою молочно-белую кожу.
Затем он ведёт меня через толпу к входной двери дома Марка. Не говоря ни слова, Габриэль подводит меня к своему мотоциклу и протягивает мне шлем. Закинув ногу на мотоцикл, он выравнивает его и заводит двигатель, ожидая, пока я сяду.
Я остро ощущаю контраст между тем, как Габриэль и Генри управляют своими мотоциклами. Габриэль уверенно и легко держит свой тяжёлый мотоцикл. И когда я устраиваюсь позади него, я чувствую себя в безопасности, хотя мощь мотора отдаётся во мне, возвращая меня к жизни. Я не могу сдержать вспышку желания, когда обхватываю бёдрами сильные ноги Габриэля, и моё облегающее платье задирается, обнажая ещё больше кожи.
В каком-то смысле я понимаю, почему Габриэль разозлился, увидев меня в объятиях другого мужчины. И всё же, хотя я была в такой же ситуации вчера, когда сидела позади Генри на его мотоцикле, я не испытывала того возбуждения, которое чувствую сейчас. Ощущение опасности, которое окружает Габриэля, затрагивает что-то глубоко внутри меня, пробуждая во мне порочность, с которой я боролась всю свою жизнь, пытаясь подавить и искоренить её. Но теперь, когда урчание мотоцикла напоминает мне о моей недавно оттраханной заднице, а тело Гейба прижимается к моим бёдрам, я чувствую, как по пальцам рук и ног пробегает волна возбуждения.
Я визжу и крепче цепляюсь за талию Гейба, пока мы мчимся по извилистым дорогам Блэкмура. Гейб глухо усмехается мне в щёку, и я не могу сдержать ответной улыбки, чувствуя, как расслабляются мои мышцы. Мне действительно нравится ездить на мотоцикле. Но не на любом мотоцикле. После вчерашнего я прекрасно понимаю, что мне нравится ездить на мотоцикле Габриэля, наслаждаясь свободой и безрассудством, с которым он ведёт машину, и при этом зная, что в его руках я в полной безопасности.
Вместо того чтобы отвезти меня в город, как я ожидала, Габриэль вывозит нас за пределы Блэкмура и направляется на север. Я вдыхаю свежий, бодрящий осенний воздух, который обдувает нас, и любуюсь разноцветными листьями, которые всё ещё держатся на деревьях вдоль дороги. Пик осенней красоты уже пройдён. Теперь лесная подстилка покрыта толстым слоем опавших листьев, но некоторые деревья всё ещё держатся за свою листву и демонстрируют её миру в порыве тщеславия.
К тому времени, как деревья сменяются причудливыми зданиями небольшого соседнего городка, я чувствую, что весь стресс и гнев, которые одолевали меня последние несколько дней, улетучились. Я могла бы представить, что так и проживу всю жизнь, катаясь на мотоцикле Гейба по извилистым дорогам Новой Англии.
Габриэль останавливается перед крошечным деревенским ресторанчиком под названием «Гриль в Хоуп-Тауне» и глушит мотор. Протянув руку, он помогает мне слезть с мотоцикла, и это наводит меня на воспоминания о том, как я впервые попыталась слезть с его мотоцикла. Я чуть не упала на задницу, спотыкаясь, как моряк, который после нескольких месяцев в море впервые ступает на сушу. Теперь я уверенно стою на ногах, снимаю шлем и провожу пальцами по волосам, возвращая их к жизни.
Снаружи ресторан находится в ряду магазинов, расположенных в большом кирпичном здании вдоль дороги. Вывеска над дверью намекает на то, что за долгие годы непогода стёрла краску. Внутри ресторан мило оформлен в скромном стиле. Стулья не подходят друг к другу из-за бесчисленных замен и ремонтов. Столы покрыты скатертями в красно-белую клетку, которые выглядят как дешёвый винил. В прошлой жизни я бы ни за что не оказалась в таком месте. Оно слишком скромное, слишком китчевое.
— Присаживайтесь, — кричит здоровяк из открытой двери, ведущей на кухню. — Ширли сейчас подойдёт.
Габриэль кладёт руку мне на поясницу и подталкивает к столику у окна. Я подчиняюсь и немного удивляюсь, когда он отодвигает для меня стул. Когда я устраиваюсь поудобнее, Габриэль садится напротив меня, выглядя таким большим и неуместным в этом маленьком шатком кресле.
10
УИНТЕР
Вскоре приходит Ширли. Она выглядит как раз так, как и должна выглядеть жена владельца небольшого ресторана. Мягкие, округлые формы, сформировавшиеся за годы правильного питания, волосы, убранные с лица, чтобы лучше обслуживать клиентов, милая блузка в цветочек и чёрные брюки под фартуком. Ей около шестидесяти, и её круглые румяные щёки и тёплая улыбка говорят о том, что она прожила хорошую жизнь, хотя, судя по всему, ей приходилось работать каждый день.
— Что вам принести, дорогие гости? — Спрашивает она, кладя на стол два меню в пластиковых обложках.
Я медлю, глядя на меню. Я даже не знаю, какие блюда здесь подают, не говоря уже о том, какой напиток к ним подойдёт.
— Давайте начнём с двух «Лагер». Спасибо, — отвечает за меня Габриэль, и Ширли спешит за нашими напитками.
Я просматриваю доступные блюда, но не знаю, что выбрать. Здесь всё обычное: бургеры, салаты, горячие сэндвичи. Даже блюда из стейка и морепродуктов, это то, что можно найти в загородном клубе, где я любила проводить время, и мне становится грустно от мысли о роскошных ужинах там. В пятизвёздочном ресторане так же подавали икру, крабовые ножки и хвосты омаров. Но ничего из этого не сочетается с пивом «Лагер», которое Ширли приносит и ставит перед нами.
— Итак, что бы ты хотела съесть? — Ширли выжидающе смотрит на меня.
Я снова заглядываю в меню и выбираю наугад.
— Я возьму курицу с диким рисом. — Я протягиваю меню ей и бросаю взгляд на Гейба.