— Тебе-то какое дело? — Вызывающе спрашивает она, безуспешно пытаясь вырвать руку из моей хватки.
— Что она здесь делает? — Спрашивает Рико, скрещивая руки на груди.
— Откуда ты узнал, что она здесь? — Добавляет Нейл.
— Чёрт возьми, это она устроила пожар? — Спрашивает Даллас и Уинтер отводит взгляд и смотрит в пол, а её щёки краснеют от смущения.
— Да, — бормочет Нейл.
— Ты издеваешься? — Спрашивает Рико, и его хмурый взгляд становится ещё мрачнее. — Габриэль, тебе нужно взять свою сучку под контроль. А ещё лучше, отдай её наследникам. Она сошла с ума и погубит нас всех, если они узнают, что мы её прячем.
При этих словах лицо Уинтер бледнеет, и я думаю, что на этот раз она наконец-то осознала всю серьёзность ситуации.
— Сегодня никто никого не сдаст. — Я слегка оттягиваю Уинтер назад и поворачиваюсь к своим парням. Во мне просыпаются защитные инстинкты, хотя я прекрасно понимаю, что мы оказались в такой ситуации, потому что Уинтер никогда меня не слушается.
— Я не знаю, Гейб. Она явно стала обузой, — защищает Рико Даллас. — Может, пора?
Ничего удивительного. Даллас не прочь нарушить правила ради киски, но он не боится разорвать связи, если ситуация становится опасной, а в этот раз он даже не получит киску. Я бросаю взгляд на Нейла. Он самый преданный из них. Он может меня прикрыть, хотя я знаю, что это выглядит плохо. Но когда я встречаюсь с ним взглядом, я вижу в его глазах тревогу.
— Я не знаю, чувак. — Нейл пожимает плечами. — Стоит ли какая-нибудь девушка той опасности, которой ты нас всех подвергаешь? Я имею в виду, она подожгла их дом. Она просто чокнутая.
Уинтер обиженно ахает от его последнего замечания, и я бросаю на неё мрачный взгляд, чтобы не дать ей заговорить. Хотя я не могу заставить себя передать её наследникам Блэкмура, я никогда не был так зол на Уинтер, как сейчас. Она подвергла опасности всех нас и поставила под угрозу свою безопасность из-за глупой попытки отомстить. Я не знаю точно, что собираюсь сделать, чтобы наказать её за то, что она сделала на этот раз, но я уверен, что это должно быть что-то гораздо более серьёзное, если я хочу донести свою мысль.
— Мы её не выдадим, — повторяю я.
— Боже, она, должно быть, лучшая любовница, которая у тебя когда-либо была. Ты с ума сошёл из-за какой-то шлюхи, — огрызается Рико.
Я чувствую раздражение, но его слова наталкивают меня на мысль. Не знаю, нравится ли мне эта идея. И всё же, если я хочу убедить этих парней сохранить Уинтер в тайне, мне нужно дать им действительно вескую причину.
— Послушайте, я обещаю, что, если вы никому не проболтаетесь, я отплачу вам кое-чем.
Даллас заинтригованно приподнимает бровь, а Рико смотрит на меня скептически. Нейл молча наблюдает за происходящим, словно собирается выслушать меня, прежде чем принять окончательное решение.
— Приходите в клуб сегодня вечером, когда все разойдутся по домам. Обещаю, оно того стоит.
Рико тяжело вздыхает.
— Хорошо. Но если это будет не очень круто, я первым делом завтра пойду к Марку и расскажу ему, что сделала твоя сумасшедшая сучка.
Думаю, это лучшее, на что я сейчас могу рассчитывать.
— Хорошо. Пойдём. — Я тяну Уинтер за собой и веду нас обратно к мотоциклам, и мы уезжаем прочь от особняка Блэкмур в сторону клуба.
15
УИНТЕР
Я чувствую напряжение в теле Габриэля, когда еду позади него по дороге в клуб, и знаю, что он в ярости из-за меня. Хотя меня пробирает страх от осознания того, что вся его ярость направлена на меня, и, полагаю, не без причины, если я задумаюсь об опасности, которой подвергла его и его семью, я не могу сдержать дрожь предвкушения от того, каким может быть моё наказание. От волнения у меня сводит живот, потому что я представляю, как он меня шлёпает. Похоже, это его любимый приём. Я прикусываю губу, понимая, что он может отшлёпать меня сильнее, чем в прошлые разы. Но меня охватывает радостное возбуждение, потому что я знаю, что мои действия прогнали ту холодность, которую он демонстрировал ранее. Что бы ни случилось дальше, он будет слишком близко, чтобы оставаться отстранённым, и я жажду той бессловесной близости, которая, кажется, нас объединяет.
К тому времени, как мы возвращаемся в клуб, уже поздно, и на парковке перед входом почти не осталось мотоциклов, потому что все разъехались по домам. Гейб объезжает здание и паркуется позади него. Он не останавливается, чтобы поговорить с ребятами о том, что произошло или что будет дальше. Вместо этого он бесцеремонно стаскивает меня с мотоцикла и тащит через заднюю дверь в гостиную клуба. Он шагает так широко, что я едва поспеваю за ним, спотыкаясь.
— Габриэль, ты делаешь мне больно! — Хнычу я, когда его пальцы впиваются в чувствительную кожу на тыльной стороне моей руки, но ему, кажется, всё равно.
Распахнув дверь в свою комнату, он затаскивает меня внутрь с такой силой, что я падаю на кровать.
— Гейб! — Вскрикиваю я, и моё сердце сжимается от звука захлопнувшейся за ним двери. Когда я поднимаю на него взгляд, ледяной страх сковывает мою грудь. Я никогда раньше не видела его таким злым, как будто в его потрясающих голубых глазах вспыхивает раскалённое добела пламя.
— Ты хоть представляешь, что ты только что сделала? Всё это время Марк и клуб думали, что я должен сдать тебя наследникам Блэкмура, чтобы они и Афина могли делать с тобой всё, что захотят. Причинять тебе боль, пытать тебя, убить тебя. Они уже убили остальных членов твоей семьи, которые и близко не сделали столько, чтобы разозлить Афину, сколько сделала ты. Я - твоя единственная защита, а ты обращаешься со мной как с дерьмом, — шипит он, и в его голосе слышится ярость.
Он расхаживает передо мной, изо всех сил стараясь говорить тихо, но почему-то его спокойный, ровный тон пугает меня ещё больше.
— Ты продолжаешь притворяться, будто ты неприкасаемая, будто ты всё ещё чёртова принцесса Блэкмура, и твой папочка может обеспечить тебе безопасность. Но ничто не помешает им отомстить девушке, которая доставила им столько проблем, так, как они сочтут нужным.
Он снова останавливается и смотрит на меня, и на его лице отражаются боль и отвращение.
— Афина управляет этим городом наравне с наследниками Блэкмура, и они жаждут крови. Ты вообще понимаешь, почему мне пришлось убить одного из своих братьев той ночью? Тех людей, которых мы прикончили за клубом? Это они похитили Афину, изнасиловали её и оставили умирать на обочине. И знаешь, кто это приказал? Думаешь, Афине было дело до того, что эти люди просто выполняли приказы Филипа Сент-Винсента и твоего отца? — Он усмехается.
От этого откровения у меня отвисает челюсть. Я и не знала, что мой отец был членом ордена. И хотя я наслаждалась болью, которую испытывала Афина, в целом этот план обернулся против них самих.
— Они умерли, потому что причинили ей вред. Но они не просто изнасиловали её. Они заперли её мать в доме и сожгли его дотла. И всё это по приказу таких людей, как твой отец. Как думаешь, они проявят к тебе милосердие, когда ты вернёшься и попытаешься поджечь их собственный дом? Я спас тебя из того подвала, поднял с холодного пола, залитого кровью их врагов. Я спрятал тебя от них вопреки воле моего собственного лидера. Я выступил в твою защиту и убедил Марка сохранить твою тайну, потому что ты не заслуживала смерти. Из-за тебя я подверг опасности свою семью!