Я выбралась из-под одеяла и кое-как села. Вернулся Кейтен со стаканом и стеклянным графином. Налил почти до краёв, подал мне. Я обеими руками схватила тару с благословенной жидкостью и выпила залпом. Оборотень налил ещё. Я опустошила и второй стакан. Потом Кейтен, оставив графин со стаканом на тумбочке возле кровати, проводил меня в ванную комнату. Помог расстегнуть платье и, как и положено хорошо воспитанному мужчине, вышел, а я сняла остатки одежды и с блаженным стоном погрузилась в прохладную воду. Что ж, хочется не хочется, а пора внести ясность. Свидания – вещь замечательная, но они не могут продолжаться вечно, да и все эти непонятные намёки Киаран, замечания Динайи и оговорки самого Кейтена… Если его и Киаран действительно связывают серьёзные матримониальные обязательства, то кто я такая, чтобы вмешиваться в чужие отношения и обещания, данные, вполне возможно, ещё до моего рождения? Старшего брата Ланса обручили, когда мальчику и десяти не было, а его невесте и того меньше. И никому бы не пришло в голову разрушать этот альянс, разве что Теодор счёл бы его невыгодным для страны, ну а что молодые не встречались фактически до самой свадьбы и знать друг друга не знали, когда поженились, так то дело обычное в королевских браках. Бывает и хуже, что бы там Люсинда по наивности своей ни воображала.
Я соскользнула вниз по гладкому белому бортику ванны и ушла с головой под воду, разглядывая сквозь трепещущую чуть толщу потолок и облицованную бежевым кафелем стену. Не то чтобы я готова добровольно отказаться от Кейтена, но вставать между ним и его исполнением семейного долга тоже совсем не хотелось. Ещё это загадочное ароматическое помутнение, в происхождении которого мы пока не разобрались. Случайность или и впрямь недвусмысленное проявление высшей воли богов? И если, предположим, сие есть соединение двоих в ту самую пресловутую истинную пару, то как жить дальше? После женитьбы брата я планировала вернуться в море и в будущем навещать Ланса по большим праздникам и важным событиям вроде рождения ребёнка. Лазурное расположено далеко от побережья и здесь в защите морской сестры Ланс уже не нуждается так, как на родине. В конце концов, у него жена будет, дети в перспективе, новые заботы и обязанности, а для меня времени и места вскоре не останется. Это неизбежно и мне будет лучше дома, с семьёй, чем маяться от безделья на суше и вызывать лишние сплетни своим постоянным присутствием рядом с принцем.
Наконец, решив, что не стоит злоупотреблять гостеприимством, бултыхаясь в ванне, я вылезла из воды, вытерлась полотенцем, оставленным Кейтеном, промокнула волосы и, завернувшись в махровую ткань, вышла в коридор.
Дом небольшой – на втором этаже поместились только хозяйская опочивальня да ванная. Я заглянула в спальню, оборотня там не обнаружила и направилась к лестнице. Спустилась до пролёта и замерла, услышав голоса: Кейтена и – сюрприз, Дани, сюрприз! – Киаран.
– Ты с ума сошёл! – Киаран даже не говорила, а шипела злобной кошкой, что в исполнении волчицы звучало несколько странно.
– Не твоё дело.
Со своего места я видела лишь небольшую часть холла, столик с изогнутыми ножками у стены и зеркало над ним да две кривые тени на полу. Остальное скрывал угол возле лестницы.
– Мне всё равно, с кем ты спишь, где и как проводишь свободное время. Я с самого начала говорила, что твоя личная жизнь меня не волнует. До поры до времени.
– Думать надо, это пора уже наступила? – насмешливо уточнил Кейтен.
– Эта русалка переходит все допустимые границы…
Надеюсь, волчица имеет в виду не мою случайную ночёвку у Кейтена? Хотя, с другой стороны, разве не она только что заявила, будто ей всё равно, кто там у оборотня в постели завалялся? Не говоря уже, что я была не в том состоянии, чтобы красиво соблазниться, а Кейтен вряд ли стал бы домогаться моего бессознательного тела, будучи сам в своём уме и твёрдой памяти.
– …и делает это явно по незнанию. Держишь бедную наивную русалочку в неведении? – теперь откровенная насмешка прозвучала в голосе Киаран.
Кажется, я всё-таки нарушила какие-то жутко важные и серьёзные традиции оборотней, и сама того не заметила.