Волчица скрестила руки на груди и прислонилась к дверному косяку.
– И не надейся, что твои русалочьи штучки что-либо изменят, – добавила Киаран.
– Какие… штучки? – растерялась я.
– Я вижу, как ты окрутила его своим запахом и чем ещё вы там пользуетесь, чтобы завлекать мужчин. Мой отец прав – Кейтен будет хорошим вожаком, к тому же, что бы он сам ни говорил, это и его стая тоже. Он полностью устраивает меня как супруг.
– Избавляет от необходимости выбора, – ввернула я.
– Да, – и не подумала возразить волчица. – И с Кейтеном я смогу продолжить заниматься танцами.
О-о, вот мы и дошли наконец до личной выгоды!
А чего ты хотела, Дани? Не полагала же всерьёз, что Киаран спит и видит, как бы удержать при себе завидного женишка, не имея при этом никаких собственных корыстных интересов?
– Сомневаюсь, что Кейтен станет вожаком и продолжит управлять кабаре, – заметила я.
– Я могу заниматься «Лепестком», почему бы и нет?
Ещё лучше. Начали с предназначения, закончили банальными меркантильными целями.
– Ты не представляешь, что я испытала, когда узнала, что Кейтен стал владельцем кабаре. Это всё равно что… что в лотерею неожиданно выиграть, – Киаран улыбнулась не столько мне, сколько своим мыслям. – Так внезапно, удивительно… чудесно всё, чего я хотела для себя, воплотилось в жизнь. В бездну мужа, в бездну стаю – моя мечта стала явью. Не интересы отца, не желания матери, не нужды стаи, а мои! Только мои, понимаешь? Здесь меня не контролируют, охрана не следит за каждым моим шагом, я могу делать что захочу, общаться с кем захочу, хоть с самой наследной принцессой!
– А если однажды ты встретишь мужчину, которого полюбишь и с которым захочешь быть вместе, создать семью, родить детей? – в конце концов, кто знает, за каким поворотом тебя настигнет то самое, чистое, светлое, возвышенное и, возможно, с перспективой на всю жизнь?
Или на какой кривой лесной тропинке догонит…
Правда, на нашей тропинке с возвышенностью было туговато, ну да ладно, я не гордая.
Волчица вдруг рассмеялась с искренним весельем, беззлобно и снисходительно.
– Полюбить? Я тебя умоляю! Кому в наше время нужна такая глупость, как любовь к мужчине, тем более мужу? Она только всё усложнит, особенно если супруг начнёт искать удовольствия на стороне или станет уделять тебе мало внимания, а оба этих пункта неизбежны, к сожалению. Мама по молодости лет была безумно влюблена в моего папу, а он в упор её не замечал. Ещё бы, – Киаран презрительно передёрнула плечами, – столько юных волчиц вокруг и все готовы на всё ради его благосклонности. Мама была лишь одной из этого гарема, а папа не видел никого, кроме Ривер. Ещё мама мечтала о сцене, но времена были другие и родители её были другими.
Старой закалки, надо думать. И сцена – любая – для них наверняка была синонимом борделя.
Странная свобода у волчиц – вроде и выбираешь сама, и одновременно твоё мнение значит не больше, чем мнение высокородной юной леди, воспитанной с единственным в жизни назначением выйти замуж на благо семьи. Да и безусловная верность оборотней своей паре, похоже, всего лишь очередной миф.
Люсинда даже не представляет, насколько ей повезло: её вырастили в любви и удивительной для наследницы трона свободе, её ограничивали гораздо меньше, чем могли бы, из неё не лепили такую вот куклу, у которой и образование-то присутствует сугубо для улучшения экстерьера. И я раньше тоже как-то не представляла в полной мере, насколько повезло мне родиться свободной русалкой, не стеснённой запретами и навязанным браком в качестве венца женской эволюции.