Пока шла по коридорам нашего агентства, бывшие теперь уже сотрудники прятали глаза и торопились скрыться в первом же попавшемся кабинете. Лишь бы не встречаться, не прощаться со мной. Я делала вид, что меня это никак не задевает. Хотя в душе назревал ураган. Всегда болезненно относилась к предательству. А то, что сотворил со мной Грег, это оно и есть. Но закатывать истерики, лишний раз подтверждая правоту Грегора, я не собиралась. Обойдутся! Сейчас зайду по дороге в какой-нибудь супермаркет, куплю бухла и дома отведу душу. Им знать о том, как меня задело произошедшее, не нужно. Перебьются. Раз я списанный материал, значит, списанный. Дальше моя жизнь будет течь без охранного агентства.
Выходить из офиса в одиннадцать часов дня, да еще и без цели, не имея задания, было дико. Я машинально сбежала по ступенькам с крыльца бизнес-центра, в котором часть этажа занимало наше, черт… Грегорово агентство, на автопилоте прошла остаток квартала до угла. Завернула. И… остановилась. Куда идти? Кому я теперь нужна? Неожиданно свалившееся на голову осознание никчемности бытия, собственной ненужности и бесполезности придавило не хуже бетонной плиты.
В глазах вскипели слезы. Я ни разу не плакала с того момента, как узнала, что провалила вступительные экзамены. Даже когда мне почти оторвало ногу не вовремя сдетонировавшей противопехотной миной, не уронила ни слезинки. Даже когда шесть лет назад не стало мамы, и я летала на ее похороны. Стояла над раскрытым гробом, смотрела на родное, но успевшее стать чужим лицо сухими глазами. И думала о том, как не опоздать на экспресс, чтобы уже наутро выйти на службу. А теперь вот…
Мне пришлось задрать вверх подбородок и несколько раз с силой моргнуть, чтобы избавиться от предательской влаги, из-за которой перед глазами все расплывалось. Над головой сновали привычные аэромобы: маленькие, частные, и огромные, общественные. Грузовые и пассажирские. Высоко, на уровне крыш небоскребов. И низко, не выше, чем в паре метров над дорожным покрытием. Привычная, давно уже не трогавшая душу картина. Был разгар рабочего дня. Неудивительно, что жители мегаполиса сновали по своим делам, как муравьи, торопясь успеть выполнить за день все запланированные дела. Это мне теперь торопиться некуда…
Я не могу сказать, что меня насторожило в привычной картине трудодня. Внешне все было как обычно: толпа жителей мегаполиса, местами довольно плотная, перетекала в оба конца улицы. Кого здесь только не было! Больше всего архейцев с их оливковой кожей, по-кошачьи раскосыми черными глазами и жесткими темными волосами. Если бы не высокое, гибкое и как будто бескостное тело, их можно было бы принять за землян. Немало было и тенрийцев. Эта раса отличалась физическим развитием и мускульной силой, имея кожу приятного оттенка кофе с молоком. Мелькали и другие, менее распространенные расы, прилетевшие в деловой квартал Эдж-сити. За годы существования агентства Грега я привыкла к этой разношерстной толпе. Как и к плотному движению аэромобов. Но сейчас что-то было не так. Я ощущала это спинным мозгом.
Остановившись и делая вид, что ищу по карманам зачем-то срочно мне понадобившийся визиком, я быстро и профессионально осмотрела улицу: на меня никто не обращал внимания. Разве что, если врезался в меня, вовремя не заметив застывшую на месте девицу в потертой армейской форме и с ношеным рюкзаком за плечами. Все вроде бы было, как всегда: транспорт, разумные, магазины и офисы. И тонкий, режущий слух звук… Звук!
Чувство опасности острейшим лезвием полоснуло по туго натянутым нервам. Уже не скрываясь, я завертела головой, ища его источник. И нашла…
Аэромобы могут летать по-всякому, хоть вперед, хоть назад, хоть боком, хоть вприпрыжку. На что хватит мастерства пилотирующего его существа. Единственное, чего не могут эти юркие умные машинки, так это оставлять за собой дымный шлейф. А один, падая почти вертикально вниз, оставлял. Еще и какой! И мерзкий звук тоже шел из того моба…
За годы службы в армии по контракту ни разу не было такого, чтобы меня ставили старшей группы. Не хватало возраста, знаний, опыта. Соответственно, мне не приходилось принимать решения самостоятельно. Но вот за время службы телохранителем не раз и не два случались такие ситуации, когда лишь от избранного мной выхода зависело, будет ли жить клиент.
Оглядевшись по сторонам, я мгновенно осознала, что, если ничего не предпринять, причем немедленно, жертвы будут исчисляться десятками. Его еще никто не заметил, но аэромоб падал в самую гущу жителей Эдж-сити, спешащих по своим делам. Решение пришло само собой.
— Всем оставаться на своих местах! — заорала я, срывая глотку, одновременно вытаскивая из рюкзака старинный пистолет, который как-то привезла с Земли, чтобы показать Грегору. В качестве оружия особого толку от него не было: шумный, стреляет недалеко. Еще и зарядов мало. А вот в качестве устрашения… — Башку снесу любому, кто дернется! — и с этими словами надавила на курок, молясь про себя, чтобы древнее устройство не дало осечку.