Мама легла на кровать, раздвинула ноги как на гинекологическом кресле и минут пять с видом обречённости пыталась определить эту штуковину в вагину. При мысли, что сейчас кто-то из родственников зайдёт, меня кидало то в смех, то в стыд. Во картина была бы!
- А, чёрт, что за тупое изобретение?! - уже не знаю в какой раз мама безуспешно пыталась засунуть чашу. - Слушай, как ты ею пользуешься? По-моему, проще чашу обычную туда привязать и ходить весь день!
- Ага, только не забудь надеть что-нибудь просторное, чтобы не спалиться, - засмеялась я.
- Короче, на свою фигню! - мама мне яростно швырнула в руки эту штуку. Придумала ещё! Может эта штука вовсе не предназначена для того, чтобы её сували в транду!
Я полезла в рюкзак за влажными антисептическими салфетками и принялась протирать чашу в то время, когда Рита искала новую одежду. На трусики наложила вату, а потом обмотала всё это марлей. Достала новые джинсы-варёнки, на гладильной доске их прогладила и одела на себя. Сидели они на её точёной фигурки просто как, сексуально, нельзя сказать. Они были сделаны из плотного настоящего джинса, в которых смотришься женственной и хрупкой девочкой. Это не та наша нынешняя жалкая пародия на джинсы, это так называемые скинни, что в двухтысячные, что в десятые года! Эти так называемые штаны плотно облегают и предательски подчёркивают все возможные и невозможные недостатки ляшек! А также впиваются там, где не надо. Мало того, они стали изготовляться из такой ткани, от которой кожа ног после недолгого ношения начинает зудеть.
- Эти джинсы папа привёз из забугра! Таких ни у кого нет. Вот бы эта чернобыльская крыса мне обзавидуется! - кокетливо покрутилась маман возле зеркала.
- А кто это? -поинтересовалась я,
- Есть в институте одна пренеприятная особа, больная на всю голову, наверное, Чернобыль расправил единственную извилину в её мозгу. Была влюблена в моего Димку, но он выбрал меня. Теперь она от ревности кипит, мстит мне. А Дима её не любит и никогда не любил, - мама закончила надевать на себя пластмассовые украшения и принялась красить губы помадой. - Мало того, она вешается на этого Самосвала.
Кажется, до меня начинает доходить о ком это мама говорит.
- Как зовут эту чупакабру? - поинтересовалась я.
- Ахах, точно что чупуха! Наташка она. Стерва ещё та! А с Самосвалом они одна сатан, стоят друг друга. После того, как я его отшила, он решил за этой приударить. А она в отместку за Диму с ним крутит. Смотрятся так смешно и жалко. А где чувств-то? Так, на людях встречаются, лижутся.
- А мало ли, может они в будущем поженятся и детей заведут? - добавила я.
Неужели это будущие родители моего Жени?! Моего доброго любимого Женечки? Помню, у него мама родом из Припяти была, бежала с родителями после аварии в 1986 году. Невероятное совпадение!
Глава 17
Мамин внешний вид, по правде говоря, меня в данный момент немного пугал. Я бы в нём не рискнула выйти на улицу. Из приличного и некричащего на ней были лишь широкие джинсы-варёнки и белые носочки с незамысловатым рисунком. Я такие заказывала в инстаграмме. Только не помню в каком паблике. Также на маме была футболка с «Арией», косуха из натуральной кожи и множество украшений на шеи из металлолома и пластика. Точно ветром не сдует! В одном ухе красовалась тяжёлая серьга почти по плечо, а в другом в двух дырках две одинаковые золотые. На руки она почему-то одела кожаные перчатки без пальцев, в которых байкеры ездят. Свои «нахимиченные» волосы она взбила начёсом и собрала верхнюю капну в хвост сбоку, она и его умудрилась сбить и прибить лаком. Про макияж это отдельная тема! Его и макияжем нельзя назвать, штукатурка или лучше всего-боевой разукрас! Губы мама вымазала в три слоя коричневой помадой, на глаза и ресницы наложила три слоя туши «Ленинградской». Вместо румян она воспользовалась красной помадой.
- Женёк, погнали! - задорно сказала мама, размазывая помадой щёки.
Спустя час мама закончила наводить марафет на лице, и мы стали тихо как мыши выдвигаться из её комнаты. У меня внутри проснулось волнение по поводу того, что наши родственники могут нас засечь.
- Слушай, а твои предки тебя с таким видком пустят на улицу? - взволнованно спросила я. Я представила перед собою картину, что сейчас мою юную дурёху- мамулю поймают и будет громовой скандал.
- Не парься, они знают, что я люблю сваливать вечерами, потом под утро приходить. Папка, наверное, спит уже, мать на репетиции до ночи, а бабця телек смотрит. Пошли, тихо.