- Федюнь, видал? -выпалил один, еле ворочая языком и кидая на меня взгляды.
- Такое не видал и видать не хочу, - промямлил пьяным голосом другой, не сводя глаз со своей любимой бутылки.
- Девочка, а девочка! - звал меня первый.- Девочка, а как тебя зовут?
Не желая с «синюшниками» заговаривать и видеть, я отвернулась к ним спиной.
- Девочка, ну что ты так с нами? - продолжал первый, который ещё мог разговаривать.
Я бы и дальше не реагировала на них, но они снова начали беспорядочно тарахтеть бутылками по земле. Это выше моих сил. Я резко встала и подошла к лавке с алкашами.
- О, а как тебя зовут? - продолжал первый, в то время, когда Федюня уже был почти в отрубе. - А ты знаешь, я уже не женат. Да, ушёл от жены. Живу один, - мямлил он, пока я собирала все бутылки под их лавочкой и по очереди выкидывала в мусорку. - Ой, ты чё делашь? Ты чего?
- Мусорка вам для чего? Не хрен тут засирать экологию стеклотарой!
- Ой, мы же это, собирались их сдавать!
Я уже полезла за последней пустой бутылкой, как меня за руку мёртвой хваткой схватил Федюня, который вроде бы как спал, но в момент захвата резко открыл глаза и на меня молча глянул. Его глаза не выражали потерянность и доброту, как у первого, а наоборот полопавшиеся сосуды и мокрый блеск выражали свирепость и агрессию. Меня мгновенно охватил страх, аж ком в горле образовался. Но я не растерялась, а быстро выхватила из рук первого полу испитую бутылку пивасика и вылила на голову Федюни.
- Отпусти! - взвизгнула я, что есть силы вырвав руку из его цепкой хватки.
Федюня после моего «пивного душа» и визга сразу протрезвел.
- Ой, Петро, чуешь, а що вона такая не воспитана? - на украинском суржике замямлил Федюня. - Где твои батьки? Я твоим батькам пожалуюсь.
- Поскаржуюсь вообще-то! - поправила я его и как по заказу, когда повернулась, лицом к лицу столкнулась со своими родителями и Стёпой, который рядом с папой шёл.
- Женька, ну где ты пропадаешь? Мы думали потеряли тебя, - весело сказала моя мамуличка Ритуля.
- Да я отошла, потом присела тут, - не менее радостно сказала я, показывая на сверлящих взглядом дуэт Федюни и Петра.
- Ой, бля, валим побыстрее отсюда, - мама меня взяла под руку, и мы все вчетвером свалили с этого места.
Мама Рита меня так легко вела под руку, что я даже в её совсем юной и глупенькой чувствовала материнскую заботу...ила даже не заботу, а как правильнее сказать, зов предков. Как бы мне хотелось сейчас к маме в моём настоящем времени прижаться, обнять и поплакать.
- Представляете, народ, хорошо, что Сонька с нами не пошла, - со сладострастным вздохом сказал Рита.
- А чё? - первым поинтересовался дядя Стёпа, у которого все мысли были о Соньке.
- Это батяня её сидел, - усмехнулась Рита.- Алкаш и бабник. Не зря её мамка на всех на свете мужиков из-за него обижена, ещё и Соньки внушает это внушает.
Глава 43
Мы вышли в сквер драмтеатра. Он вроде на себя похож, но всё равно пережил не одну перестройку. Фонтан отличается от того, что в 2017 году. Сейчас, то есть в 1987 году, он миленький, ограждён высокой кладкой и не то из рыбки, не то из Посейдона вода льётся и расплывается по всему периметру фонтана. Как захотелось там окунуться от жары в майский день.
Мама Рита меня вела под руку, будто охраняя. Я тут же вырвалась от неё и побежала к фонтану. Захотелось просто умыться как нормальному человеку.
- Жень, Женя, - звала меня мама, но я продолжала бежать к фонтанчику.
Я уже было ступила на его бардюр и свесила одну ножку вниз, как почувствовала, что меня оттягивает мама за мой белый топик.
- Ты что, совсем? - прошипела она мне на ушко. - Нас менты повяжут, если увидят, что в фонтане купаемся! А-ну быстро вылазь!
Ну ладно, так уж и быть! Мамино слово-закон! Я покорно вылезла из того несчастного фонтана. Мой взгляд, к сожалению, упал на представителей правоохранительных органов в серой форме и в серой фуражке. Слава Господи, они стояли к нам спиной и нас не заметили. Я быстро спрыгнула с бардюра, только успела немного руку смочить в фонтане и умыться.