– И куда же ты такой красивый собрался, – тяжело выдохнув, произнесла виконтесса, подходя к Амону, и правильно затягивая на его халате бархатный изумрудный пояс.
Юноша смущенно отвел взгляд и взялся за висящую в мочке уха серьгу. Так он делал всегда, когда нервничал.
– Помнишь…Я хотел тебя кое с кем познакомить?
Аделаида подняла на сына спокойный взгляд.
– С девушкой?
– Да, – внезапно покраснел он, и виконтесса, избегая его дальнейших слов, молча направилась на улицу, где их уже поджидала открытая карета. Её сердце неистово клокотало. Как бы ни старалась задержать она мгновения, все выходило из рук вон плохо. Затаив дыхание, смотрела она, как взрослеет её сын, с гордой улыбкой слушала она похвалу в его сторону, с неким удивлением видела Аида, как легко всё дается её мальчику. Да, он навсегда будет для неё мальчиком, и со страхом ждала она, когда Амон покинет дом. Когда-нибудь он создаст свою семью, но больше не будет подле неё, и отравляющей была эта мысль. Где-то внутри, там, где бушуют глупые, но настоящие чувства, Аида была готова не принять ту, что покорила сердце её сына.
Сев в карету, виконтесса раскрыла перед собой веер: жаркое лето опаляло своим горячим дыханием. Амон ловко вскочил на сиденья рядом, и олени быстро пустились в дорогу. Он всегда рассказывал ей обо всем, делясь мыслями, переживаниями и идеями, и сейчас, коротая время, беззаботно говорил юноша о новой конюшне, о соседском филине, что повадился прилетать в их сад, о прошедшей выставке украшений, на которой он купил себе новые серьги…Аида любила слушать сына, любила просто слышать его веселый голос. И сейчас она не смела перебивать его, внимая каждому слову.
Они отправлялись на фестиваль, на котором самые сильные рыцари, гибкие акробаты, талантливые актеры устраивали свои лучшие выступления, ожидая поощрения и оваций. Каждый год посещала Аделаида это мероприятие, ведь собирались там все достопочтенные господа, восседая на отдельных ложах, куда всегда был приглашен и великий посол со своей женой. В прошлый раз на фестивале рыцарей и лучников выступал и Амон, выиграв золотой лук и прекрасный меч. Выиграл он и девичьи сердца, что неотрывно следили за его успехами, и холодно смотрела Аида на смущенных девушек.
Когда карета остановилась, Амон первый спрыгнул на землю, протягивая матери руку и помогая ей спуститься. Яркие флажки, дневные салюты, лучшие наряды – не было в фестивале более ничего необычного, что раньше завораживало виконтессу. Обычной казалась огромная арена, окруженная простыми скамьями на возвышении и богатыми ложами, что окружали королевский трон. Все также крикливы были продавцы сладостей, что зазывали к себе покупателей, и даже расположение небольшой площадки, на которой гарцевали единороги, не изменилось. Но только здесь, только в этот день можно было увидеть в одном месте столько нелюдимых кентавров, что величественно направлялись к выделенным им местам. Аделаида последовала их примеру.
Она добралась до своего места небыстро. Любое знакомое лицо норовило завязать с ней долгую беседу, и вежливо уклонялась виконтесса от вопросов, ссылаясь на несуществующую спешку. Многие юноши крепко жали руку её сыну, и многие красивые девушки радостно улыбались ему, но Амон был сдержан, явно выискивая кого-то в толпе. Тогда, извинившись, он быстро исчез, и Аида, желая оттянуть встречу, направилась к своему ложу, заговорив с одной знатной эльфийкой, что чинно направлялась к лучшим местам. Сами ложа представляли собой окруженные цветами пуфики, рядом с которыми располагались вкусные яства и дорогие напитки, и именно здесь представало Аиде провести свой день.
Она пришла одной из первых, заняв положенное место. Трон и иные ложа пустовали. Посмотрев на арену, Аделаида окинула взором снующих повсюду рыцарей и лучников, что расставляли мишени и магические кристаллы. Амаримон должен быть сейчас рядом с королем, а потому прибудет он сюда аккурат перед началом фестиваля. Ей придется немного подождать.
– Сегодня особенно жарко, – недовольно пробурчал маленький старик, усаживаясь на соседнее ложе, – я уже говорил им, что слишком стар, но раз за разом мне вновь и вновь присылают приглашения…
– Тебя очень уважают эльфы, – с улыбкой ответила виконтесса, – будучи учеником великого Гриана, ты создал много удивительных картин.