Жаль, что рядом нет ни Амаи, ни Шира. Им он мог доверять.
- Вы говорите всерьёз? – воскликнул Парис. – Я не понимаю, что вы задумали, но зачем вовлекать этого мелкого?
- А что, сам хочешь стать избранником магии? – Фай тут же крикнул в ответ, разъярившись.
Найла подошла к Парису, погладила его по щеке – он глянул на неё, тут же растеряв всю уверенность и пыл – и сказала:
- Тихо, милый.
Трое мужчин удивлённо уставились на неё. Она впервые говорила так нежно и понимающе
- И ты можешь стать другим. Мы четверо должны быть союзниками. Не держи зла на Фая. Прошлое должно быть источником силы, а не разрушения.
- Не могу, - Парис тяжело выдохнул.
- Он не виноват. Это были случайности.
- Нет! – Парис злобно зыркнул на Фая.
- Да что я сделал? Объясните! Изо дня в день ты ненавидишь меня, за что?
Парис выдохнул, откинулся на диван и расслабленно улыбнулся.
- Ты прав. Если ты сам не понял, пора напомнить. Я приведу к тебе кое-кого, и ты всё поймёшь.
Фай нахмурился и кивнул. Ладони опять вспотели. Кого хотели привести Парис? За какое такое прошлое он ненавидел Фая?
- Не время для этого, - Резор рубанул рукой по воздуху. – Я не хочу знать о ваших личных ссорах. Решайся, рыжий. Стоит попробовать. Всегда стоит.
- Да не знаю я! – голос Фая звучал жалобно, и он тут же проклял себя за то, что другим и в особенности себе стал казаться ещё более трусливым.
- Ты хочешь погубить мир? – голос Найлы сделался жёстким. – Ткач сплёл узор судьбы. Если он увидел, что ты – тот, кто может спасти мир, так и есть. Не подводи нас.
Фай увидел, как Парис несколько раз открыл и закрыл рот, силясь что-то сказать. Он только покачал опущенной головой, бросил взгляд сожаления на Найлу и вышел. Его никто не остановил и даже не посмотрел вслед.
- Я не хочу принуждать Ткача. Будь это моя судьба, я бы родился другим.
- Судьба ошибается, поэтому её можно изменить. Дорог много, это правда. На одной из них ты останешься маленьким и жалким парнишкой, на другой станешь героем. И ты колеблешься? Я в твои годы мечтал о признании, о подвигах, хотел, чтобы моё имя прогремело на весь мир. Тебе выпал шанс, тебе не нужно прокладывать дорогу через бессонные ночи, упорную работу, страдания. Ну же! – Резор подошёл к Фаю и положил руку ему на плечо.
- Почему же ты не пришёл к этому?
- Я – грифон. Во мне всё от такого пёстрого народа эйлов. Я был главой легиона, великим воином. Владел торговой империей. Был мудрецом-отшельником, к которому шли за советом, и даже главой ордена убийц и воров. Я делал то, что хотел, и всё в моей жизни было. А вот что есть в твоей? Я же вижу, ты несчастный заброшенный мальчишка, каким я сам был когда-то. О многом мечтаешь, да не знаешь, что сделать, чтобы добиться своего. А жизнь идёт. Времени больше не становится. Не трусь, рыжий, ведь мечта стоит риска, любого риска.
Найла бросила восхищённый взгляд на Резора. Затем девушка посмотрела на Фая и улыбнулась. В её улыбке одновременно промелькнула материнская нежность и хищный оскал.
- Дайте мне время. Я должен подумать. Я не знаю.
Резор и Найла переглянулись. Маг повёл бровью, точно задавал немой вопрос, а книжница кивнула головой. Фай вздохнул и взял одну из книг, присланных Парисом. Надо отвлечься.
Под конец вечера он остался с Найлой наедине. Порой Фай поднимал голову, смотрел на неё тяжёлым взглядом, а затем снова возвращался к чтению.
- Ты хочешь что-то сказать? – раздражённо спросила девушка. – Так говори! Или не мешай работать.
Фай сам не понимал, что хочет узнать. В голове крутилось не меньше сотни вопросов. Он взлохматил чёлку и спросил:
- Как ты оказалась в университете? Девушки даже в школы редко ходят, им дают домашнее обучение.
Найла улыбнулась и посмотрела вверх, вспоминая.
- Мой отец был стражем второй стены, мать мнила себя поэтессой. Ни один из них не видел пользы в науках. А я так тянулась к знаниям. Нашла на улице несколько книг. Они совсем промокли, половину страниц выдрали. Это были мои любимые игрушки. Старший брат помог мне научиться читать и писать, но делал это шутки ради. Все окрестные мальчишки в десять лет пошли в школу, я так им завидовала! Отец ни за что не стал бы тратить на меня деньги. Однажды я пришла к школе и решила: буду сидеть, пока меня не возьмут. День за днём я всё приходила и сидела. Один из учителей пожалел меня и позвал к себе в кабинет. Он выслушал меня, а затем отвёл к директору. Я стала единственной девочкой в классе, и как же меня задирали все мальчишки! Вот только никого из них не позвали на следующую ступень. Я перешла дальше. Так, со временем оказалась на факультете словесных наук, стала изучать историю. Вот только дома меня никто не мог понять.