- Чуть-чуть, - ответила Лори, как отвечала все последние дни.
Они вышли к берегу моря. Всё вокруг было одного цвета: серое пасмурное небо, серая вода, серая галька на берегу. Берег извивался, точно змея, и это дало морю имя: Змеиное.
Кириан не послушал Лори и Шороха, с разбегу забежал в воду и тут же выскочил на берег, дрожа от холода и проклиная всё на свете.
Они развели костёр, чтобы Кириан согрелся, и тесным кружком уселись рядом.
- Я всегда мечтала увидеть море, - произнесла Вереск, пристально вглядываясь в спокойную серо-голубую гладь.
- Что это море, - Шорох фыркнул. – Вот леса! Я бы всё отдал, чтобы ещё хоть раз увидеть дом.
- Мы скоро доберемся до Храма, и ты сможешь вернуться домой. Это мне не за чем возвращаться.
- Интересно, что там, на востоке? – спросил Кириан, энергично потирая руки.
- Сначала острова, затем материк Ойол. Говорят, там люди и нелюди живут вместе.
Кириан заинтересованно глянул на Шороха. Гадалка сказала, что все дороги ведут его на восток. Нари продолжал:
- Поговаривают, там сохранилось наследие великих зверей. Многие смельчаки отправлялись на восток, чтобы найти его, да только немногим удавалось пересечь Бурное море.
Кириан посмотрел в сторону востока. Может, гадалка права? Он хотел, чтобы хранители снова узнали тайны превращения, и на востоке сохранились следы великих зверей. Он хотел, чтобы народы зажили свободной жизнью, и в Ойоле люди и нелюди научились жить бок о бок. Кириан улыбнулся и расправил плечи. Да, гадалка права. Путь ведёт на восток.
- На корабле мы доплывём сначала до островов, а затем до Ойола, - Лори мечтательно улыбнулась. – Неры боятся морей, а я так всегда хотела уплыть как можно дальше.
- Женщинам не принято ходить по морям. Тем более нерам, - заметил Шорох. Вереск бросила на него огненный взгляд:
- Пускай! Чем моя мечта хуже других?
- Я всего лишь сказал, - Вереск не дала нари договорить и сердито продолжала:
- Сколько раз я слышала всё это от отца и старейшин! Я думала, вы меня понимаете!
Кириан растерянно улыбнулся и придвинулся ближе к огню. А ведь путешествие подходит к концу. Скоро он забудет о перебранках Вереск и Шороха, их шутках и смехе, историях у костра. На восток он пойдёт один и по-другому нельзя.
- Продолжим, - быстро сказал Кириан и встал, чтобы погасить огонь.
Часы складывались в дни, а таинственный небесный храм как будто только удалялся.
- Вереск, ты не ошиблась?
- Нет! – девушка гневно блеснула глазами. – Неры не ошибаются. Мы видим нити так же чётко, как вы – деревья, землю, дома.
- Я узнаю это место, - Кириан нехотя согласился. – Я видел его в воспоминаниях Ланарка. Но мы идём уже так долго!
- Какие препятствия попадутся на пути, ты знаешь? – спросил Шорох и заложил руки за спину.
Кириан замолчал, вглядываясь в темноту леса, тянувшегося вдоль берега.
- Мы должны знать, кто мы. У нас будут видения, из-за которых мы захотим повернуть назад. Перед входом ждёт самое серьёзное испытание. Но его должен буду пройти только я.
- Что за испытание?
- Лучше пока не знать, - Кириан качнул головой. Может, лучше бы и ему не знать? – Чтобы взлететь, нужно стать драконом. Чтобы стать драконом, нужно попасть в небесный храм. Чтобы попасть в небесный храм, нужно взлететь. Ненавижу.
Шорох хохотнул:
- Захочешь – дойдёшь.
- Кто придумал эти сложности? – проворчал Кириан. – Почему мы не можем становиться драконами от рождения? Или почему нельзя дать силы, когда мы будем готовы? Впрочем, чего это я. Надо пройти трудный путь, надо бороться, жертвовать. Видимо, ваши боги любят наблюдать за такими же несчастными, как я.
- Некоторые говорят, что боги спят, - сказала Вереск. – Именно поэтому в мире столько лжи, боли и страданий.
- И что дальше? Проснутся эти ваши боги? – Кириан скривился. В Норте учили не верить в высшие силы, и любая вера вызывала только лёгкую улыбку пренебрежения.
- Одни верят, что да. Тогда миру придёт конец, но на руинах старого будет построен новый. Другие верят, что теперь боги – это мы, и мир и его судьба принадлежат нам.
Кириан вздохнул и посмотрел на небо. Неужели там, высоко, что-то ждало его? Так или иначе, небо сегодня завораживало. Уже ставшие привычными серые краски исчезли. Облака пересекали полотно длинными тонкими линиями. Края позолотило сияние солнца. Между ними проглядывало небо, и чем ниже, тем насыщеннее был его цвет. Наверху оно казалось светло-оранжевым, затем — красным и у самого моря – багряным, алым.
- Мы пришли. Нить обрывается здесь, - голос Вереск задрожал от волнения.