Кудрявый хищно оскалился:
- А ведь вы боитесь нас до сих пор. Настроили стен, понаставили воинов. Что толку? Вы просто стыдитесь того, что может сделать магия. Точнее, какую правду она может открыть. Магия меняет, и люди боятся стать монстрами, какими и являются.
Хотя сейчас не об этом. Магией можно овладеть, но она сама выбирает, кому дать силу. Избранников магии мы называем хранителями. У каждого народа они свои. Отличаются обликом, способностью, силами. У людей тоже есть свои хранители. Драконы. Их считали равными нашим фениксам, грифонам. Им все должны помогать, уважительно относиться. Хранители магии, тьфу! Как будто родиться кем-то – это их заслуга.
«Я - человек», - разочарованно подумал Кириан. Он так долго верил, что его дом на севере и теперь принадлежность к людской расе вызвала отвращение.
Кудрявый сердито рыкнул. Кириан тут же оставил все мысли и уставился на собеседника.
- Я никогда не интересовался людьми. Всё, что я знаю о драконах, это что они, как и наши хранители, должны пройти особый обряд, и тогда смогут стать настоящими драконами. Хочешь узнать больше – отправляйся вдоль реки на восток. Там найдёшь поселение нари. Если они примут тебя, то расскажут больше.
Кудрявый говорил быстро, но чётко. Он то и дело с неприязнью поглядывал на Кириана.
- Та девушка, - голос у него смягчился. – Она теперь одна из нас, она – суррей. Этого не изменить. Ты хочешь забрать её? Мы могли бы стать с ней одной стаей и защитить.
- Суррей? – переспросил Кириан.
Кудрявый придвинулся на шаг, хищно оскалился и тихо сказал:
- Да. Мы превращаемся в зверей и убиваем таких, как ты, чтобы съесть.
Кириан резко вздрогнул и тут же расправил плечи, чтобы скрыть смятение. Кудрявый смягчился:
- Мы поможем ей найти себя. Стая своих не бросает.
Кириан задумался. Астра теперь другая, сможет ли он помочь ей? Объяснить, направить, уберечь?
Он вспомнил её облик: такая худенькая, маленькая, но до жути упрямая и смелая. Искренняя, наивная. Ну это ли воин? Кириан тепло улыбнулся, и кудрявый подозрительно сощурился.
- Я не, - начал Кириан, и внутренности обожгло огнём. Ноги задрожали, всё внутри потянуло вперёд, в путь, в бой. Кириан до боли сжал руку в кулак. Огонь внутри стал тише. Кириан покачал головой:
- Астре лучше остаться с вами. Я не могу забрать её с собой. Не оставляйте её, - так тихо, словно стесняясь, Кириан добавил: - Она мне дорога.
Кириан знал, что шептал дракон внутри. Надо рвать нити, пока они не стали слишком крепкими. На пути к большой цели маленькие люди станут только обузой.
Кудрявый пожал плечами:
- Захочет — найдёт тебя. Но ты к нам не приходи, иначе я загрызу тебя. Один раз помог, а второго не будет. Прощай.
Мгновение — и он стал гепардом и побежал вверх вдоль берега.
Кириан стоял и кусал губы, пальцами выбивал дробь по бедру. Слишком много мыслей, слишком тяжело понять.
Астра
Астра замерла.
Нападавший был волком: чёрные морда, спина и хвост, белые грудь, лапы, живот. Огромным волком, с оскаленными клыками, вздыбленной шерстью и яростью во взгляде.
Астра не успела выстрелить, только подняла руки, чтобы защитить голову от клыков. Волк прыгнул и замер в сантиметре от неё. Девушка потеряла равновесие и плюхнулась на землю.
Кто она для него? Астра знала: если зверь видит соперника, то лучше опустить глаза или даже притвориться мёртвым. Если добычу – спрятать страх, надо переглядеть зверя. Опытные хищники не нападают первыми. Астра приняла ту же позу, которая была у зверя, и уставилась на него тяжёлым пристальным взглядом, глядя точно в переносицу.
Волк присел, склонил голову на бок и коротко рыкнул, словно смеялся. Глаза его, удивительно похожие на человеческие, были полны пренебрежения и насмешки.
Астра протянула руку, точно предлагала дружбу. В глазах волка блеснул огонёк удивления, он замешкался. Но ещё мгновение — и плечо разодрали огромные волчьи клыки.
За миг до этого Астра увидела, как львица подбиралась к Кириану. Но вот это стало не важно, вспышка боли, и мир разом поблёк. Послышался грозный львиный рык, а затем мир окончательно перестал существовать.
Астре снился странный сон, скорее напоминавший маленькую жизнь, и жизнь эта целиком состояла из затяжной болезни. Она помнила, как её несли куда-то – словно взвалили на лошадь, и чьи-то заботливые руки аккуратно придерживали её, затем они же протирали от пота и давали напиться. Но не водой, чем-то более густым и горячим.
Астра помнила звериное рычание, споры незнакомых голосов и своё повизгивание. Человеческие стоны сменялись звериным поскуливанием. Смутно она осознавала, что это её звуки, но не понимала, почему голос изменился, тело стало казаться чужим, и его выворачивало от боли.