Проснулась Чайо уже в своей комнате. Дверь была целой и стояла на месте. Утром Намми помогла одеться, принесла завтрак. Чайо несколько раз спросила её, почему девчонки не было вчера, но та простодушно отвечала:
- Нареида, вы сами сказали, что не хотите никого видеть!
- Я говорила тебе это лично? – эйлийка говорила так уверенно, что Чайо засомневалась в себе.
- Нет, мне передали ваши слова, - Намми ответила так искренне, что в её словах не было сомнений.
- Кто передал?
- Другие слуги. Нареида, я что-то сделала не так?
Чайо покачала головой и вымученно улыбнулась:
- Всё хорошо, Намми. Но впредь не слушай никого, кроме меня.
Эйлийки яростно закивала головой и поспешила покинуть комнату. Чайо мельком увидела коридор, когда девушка открыла дверь, и почувствовала отвращение: и к замку, и к его жителям, и к самой себе.
Стоило Намми уйти, как послышался стук. Чайо замерла: нет, только не снова! Стук прекратился на несколько секунд, затем послышался снова. Он не был яростным, как вчера, но звучал настойчиво. Чайо, прижимаясь к стене, чуть приоткрыла дверь и увидела Сейго. Она тут же распахнула её и улыбнулась брату.
Его глаза горели восторгом. Он сбрил свои жидкие усики и бородку. Осанка стала более гордой, он расправлял плечи и чинно оглядывался вокруг. Стоило ему заговорить, как брат снова стал собой, таким торопливым, увлечённым:
- Чайо! Вчера мы с Трионом и Стервятником объезжали земли вокруг замка. Ты бы видела, как живут эйлы! Как они тяжело трудятся, как пытаются выжать хоть что-нибудь из этой неплодородной земли. Бедняги! Людям живётся гораздо проще. Трион рассказывал, Олес выращивает столько пшеницы, что может прокормить и Норт, и Кион, и другие города, вступившие в союз. А южане! Им стоит только бросить семена в землю. Почему эйлы должны пахать, когда людям всё падает в руки?
Сейго прошёл в комнату и опустился на стул. Не теряя уверенности и не сбавляя быстрого темпа, он продолжил длинный рассказ обо всём, что узнал вчера.
- А завтра с утра у меня урок истории! Нару Деймуру уже больше двухсот лет, он помнит, как афеноры и эйлы строили жизнь на севере! А после – фехтование. Денар Трион пообещал, что вечером…
- Меня вчера заперли! – Чайо перебила брата и тут же вжала голову в плечи, но он не стал кричать, как закричал бы отец, и она продолжила: – Я целый день сидела в комнате, и ко мне ни пришёл ни ты, ни слуги.
- Наверное, что-то случилось с дверью, - быстро проговорил Сейго и отвёл взгляд. – Я разберусь с этим.
Чайо открыла рот, чтобы возразить, и тут же замерла. Что-то не так. Прежде Сейго никогда не был столь равнодушен к её проблемам.
- С завтрашнего дня я приступаю к обучению, - снова начал он. – Надо изучить географию, историю, и, конечно же, научиться сражаться, и ещё много всего! Трион сказал…
Сейго всё говорил и говорил, а Чайо хмуро вглядывалась в его лицо. Её заперли – и никакая сломанная дверь не при чём, – опозорили, издевались, а он! Трион нашёл верного слугу, который был готов жадно ловить каждое его слово и идти следом, куда только позовут. Всё в нём восхищало Сейго.
Чайо обжигали ревность и досада. Даже в самые трудные дни брат находил время, чтобы поговорить, рассмешить, узнать о её мечтах или страхах. Во время путешествия она ещё больше привязалась к этому упрямому, порой не слушающему, но всё-таки такому заботливому старшему братцу. И вот какой-то едва знакомый афенор, возомнивший, что он должен изменить порядок, завладел всем его вниманием. Чайо почувствовался себя преданной.
- Переживай не из-за этого, - раздался чёткий и уверенный голос Теи. – Здесь что-то происходит.
Как не пыталась Чайо мысленно воззвать к ней или к Шайту, но они оставались молчаливы. Чувство тревоги засело внутри, она искусала себе все губы, напряжённо раздумывая над словами Теи. А Сейго всё болтал и болтал, но в глазах виднелось чувство вины. Быть может, здесь и правда что-то происходило? Что-то, ещё неизвестное ей, но уже понятное Сейго?
Глава 17. Неры
- Тише ты, двуногий, нас могут услышать, - прорычал Шорох.
- И пусть, разве не для этого мы шли сюда?
Шорох снова зло рыкнул, но ничего не ответил. За время путешествия пёс сотню раз был недоволен Кирианом: не так идёт, не так спит, не так ест, не то говорит – мир людей и мир нари оказались слишком разными. Кириан быстро привык к придиркам Шороха и только посмеивался над ними.