Сколько их в моей жизни было – выпитых до дна бокалов с привкусом пепла от сожжённого листочка с желанием – ни одно так и не сбылось.
Недоверчиво хмыкнув, я собралась переключить дальше, но пульт неожиданно выскользнул из рук и оказался между подлокотником и стеной – так просто не достать. Вроде бы и не сильно он мне нужен, но я все равно полезла за вредным придатком от телевизора. Пока отодвигала диван, задела стоящий рядом стеллаж с книгами, из которого, по закону подлости, с самой верхней полки, выпал старый школьный фотоальбом, и, больно стукнув меня по макушке, приземлился на пол, раскрывшись на одной из фотографий, что я бы предпочла не видеть.
Такие молодые и счастливые, красивые, беззаботные, рядом, но не вместе… Последний раз…
Не выдержав, я все-таки схватила и швырнула фотоальбом в стену. Не телефон, так хоть его… Вредная книжонка же, словно в насмешку, разлетелась бумажными птицами-страницами, с давно позабытыми, нарочно стертыми из памяти лицами, выплюнув к моим ногам ту самую, что я старательно спрятала под стопкой других фотографий, каждый раз собираясь сжечь, и каждый раз убирая на место.
Ладонь в ладони, глаза в глаза, и больше никого вокруг. Одни на целом свете. Так близко и так бесконечно далеко. Последний танец, он же первый и единственный, легкой дымкой растаявший поутру, оставшись лишь в воспоминаниях. Танец длиною в целую жизнь…
Заиграли куранты, отмечая отсчет последних минут до конца уходящего года. Зажав в руке злополучную фотографию, я кинулась к блокноту, вспоминая, куда могла засунуть ручку и где взять спички.
Бом-м-м…
Огрызком найденного в шкафу карандаша на куцем клочке бумаги принялась спешно строчить желание.
Бом-м-м…
Бом-м-м…
Руки тряслись, бумажка отказывалась загораться.
Бом-м-м…
Бутылка с шампанским не поддавалась.
Бом-м-м…
Бом-м-м…
Хлоп!
Бом-м-м…
Бом-м-м…
Чин-чин!
Успела…
Осушив залпом фужер шампанского, заглотив остатки непрогоревшей бумаги, откинулась на стул и расхохоталась, мешая смех и слезы, размазывая косметику по лицу.
Боже, мне тридцать лет, а я до сих пор веду себя как ребенок, наивно веря в чудеса.
Скомкав фотографию, что все еще сжимала в руке, я запустила ею в диван, но тут же, опомнившись, кинулась следом и, подобрав, бережно расправила памятный кусочек бумаги. Что ж, пусть эта ночь станет очередной ночью воспоминаний.
Шампанское и слезы закончились быстро. В голове шумело. На полу, в свете мигающей гирлянды, яркими пятнами поблескивали аккуратно разложенные фотографии… Мгновения беззаботного детства, счастливой юности, первых чувств, робкой любви, переживаний, терзаний, сомнений… Всего того, что сейчас так не хватает. Вернуться бы в прошлое хоть на денёк, коснуться горячих ладоней, утонуть в карих глазах, растаять от улыбки, вдохнуть давно позабытый аромат…
Неудержимо клонило в сон. Утекало сквозь пальцы время, разрушая хрупкость момента, возвращая в реальность.
Кое-как я доползла до кровати и рухнула плашмя, закутываясь в старенькое одеяло.
С новым годом, Антонина…
Бом 1
- Тонька! Тонька-засонька, вставай, новый год проспишь! – вырвал меня и сна ласковый голос мамы. – Тебе Юра уже звонил и Ася заходила.
- Мам, еще пять минут. Сегодня же выходной, – сонно буркнула я, натягивая одеяло и переворачиваясь на другой бок.
Стоп. Мама? Откуда?
Я рывком соскочила с кровати, и звонко шлепая босыми ногами по полу, побежала на звук маминого голоса.
- Мам, ты как здесь… - растерянно замерла я на пороге кухни, разглядывая помолодевшую мать. - оказалась…