Сегодня видели Софью. Она так ждёт тебя! Не хочет выходить в свет без тебя.
Ты там смотри, осторожнее с актрисами всякими!
Возвращайся к нашим дамам и помни, у тебя есть прекрасная невеста! Не скажем более — это тайна. Но ты будешь приятно удивлён.
Интересно узнавать всё новое, неправда ли? Обязательно будем путешествовать вместе! Макс пишет, что вернётся сразу, как отучится. Ему там всё опостылело! Удивляемся, что он пишет о возникающем равнодушии к дамам! Неужели детство заканчивается, мы взрослеем? О чём только наши мысли?
Крепко обнимаем!
Твои друзья, Алекс и Серж!»
– Всё, я отдал письмо в отправку! – сообщил Серж, вернувшись к Алексу в спальню.
– Хорошо, быстро, – улыбнулся тот в ответ, всё так и лёжа на кровати и вдыхая аромат цветочного букета.
– Ох, дружище, – вздохнул с тревогою Серж и сел в кресло рядом, устремив взгляд в высокий потолок.
– Я боюсь назвать это любовью, о которой все поколения говорят, но Мария меня опьянила, – тихо промолвил Алекс и закрыл глаза. – Мы на пороге стоим, когда к нам в жизнь приходит это чувство.
– И не называй, – взглянул Серж. – Скажи, что это несерьёзно.
– Не могу, я хочу её серьёзно видеть. Не осуждай меня.
– Да ну тебя, – встал Серж и отошёл к окну. – Я не переживал бы, если бы ты, как Макс. У того всё видно было, что он несерьёзно, но ты же...
– Не сердись, – улыбнулся приподнявшийся друг. – Я хочу с ней подружиться. Да, знаю, что должен ориентироваться на свет, но не могу!
– Прошу тебя, не заходи далеко, – будто взмолился взволнованный Серж. – Ведь это опасно.
– Чем?! – засмеялся Алекс и, сев на край постели, отложил букет на подушку.
– Не желаю никому того, что было у моих родителей. Он знатный и богатый, а она – никто. Ты же знаешь.
– Не бойся, – поднялся Алекс. – Я не допущу плохого!
– Ты же её даже не знаешь!
– Узнаю.
Алекс подошёл к букету и прижал его к своей трепещущей груди:
– Мария... И имя, как песня. Имя богини...
– Беспокоишь ты меня, – покачал головой Серж.
– Почему я должен скрывать то, что чувствую?
– Это ребячество! Это каприз! Тебе надо какую-то виконтессу, не знаю, баронессу, но не такую!
– Но среди всех этих дамочек нет именно такой, настоящей, богини. Мария,... Мария,... Мария, – повторял Алекс снова и снова, вдыхая аромат цветов, словно зовущих на встречу с их «творительницей».
– Надеюсь, ты протрезвеешь, – вздохнул Серж и направился к выходу.
– Ты куда?!
– Мне пора. Может, сегодня Лили придёт на наше место, где условились встречаться на недолгие вечера, пока она не переговорит ещё раз с родителями.
– Ясно, – улыбнулся Алекс. – Тогда удачи!
– Да, – кивнул друг и пригрозил. – Завтра приезжай к нам! У нас вечер музыки.
– Хорошо! Обязательно буду! – отозвался Алекс и пожал ему руку...
4
Ведя за уздцы коня, Серж приблизился к маленькой городской церквушке, которая уже покрывалась вуалью вечера и в которой слышались песни молитв прихожан. Он прогуливался у ворот, оглядывая улицу и надеясь на долгожданную встречу с любимой, а ночь тихо спускалась на затихающий город, неся лишь тревогу в душу:
«Её нет. Она не придёт. Болеет... Но я жду», – вертелось в голове молодого влюблённого, заставляя продолжать медленно выхаживать по дорожке и пинать попадающиеся под ноги мелкие камушки. Но он знал, что его душа бушевала в желании этой встречи не одна.
Милая его Лили, также пылко любящая своим ласковым сердцем, находилась в своей спальне со сторожившей няней. Лили встревоженно металась по комнате, мельком поглядывая на темнеющее за окном небо и тикающие часы на комоде.
– Темнеет, – прошептала она и опустилась у ног няни, которая сидела в кресле и наблюдала за нею.
– Девочка моя, – погладила эта добрая пожилая женщина её по голове. – Подожди, пока господа улягутся спать.
– Нянюшка, милая, не могу ждать. Проверь, может, спят уже? – взмолилась Лили, и няня послушно поднялась.
Она крадучись вышла из спальни и закрыла за собой дверь, после чего Лили сразу схватила лежавший на ручке стула чёрный плащ. Она быстро надела его и накинула капюшон.
– Все спят! – вернулась, наконец-то, няня и махнула рукой выходить. – Тише... Я вывела тебе за ворота коня, – крались они вдвоём из стен этого богатого дома на одинокий двор. – Ступай, – прошептала в слезах беспокойства няня вслед дорогой Лили, которая немедля убежала к ожидавшему коню.
– Слава богу, что тебя не обнаружили, мой друг. Помоги же нам, – молвила она и, сев скорее верхом, умчалась навстречу зову сердца...