С каждым произнесенным мною словом воздух тяжелел и к концу воззвания уже было физически тяжело говорить. Вокруг заиграл ветер, воздух стал влажным, потом сухим, а в самом конце произошел довольно ощутимый толчок земли.
По мере того как я произносил слова, кровь начала пузыриться и вскипать. Сам же медальон принялся трястись и чем ближе я подходил к концу заклинания, тем больше он метался по престолу, впрочем не вылетая за его рамки.
С последним словом вся кровь, что я пролил на алтарь, выкипела, а медальон замер на месте, будто и не трогался с места. Подхватив его, я решительно покинул круг. Если быть более точным, то побежал. Задерживаться в этом месте у меня не было ни малейшего желания.
Стрелой вылетев из круга, я повалился на землю. Грудь ходила ходуном, как после самой суровой тренировки с Крием. Вспомнив про порез, я поднес руку к глазам, чтобы обнаружить полнейшее отсутствие каких-либо следов. М-да…
Я взглянул на медальон, что держал в другой руке. Он представлял собой голову волка с оскаленной пастью. А цепочка, на которой он, мелко подрагивая, болтался, была довольно основательной. А ведь его просто так не сорвешь. Еще немного полюбовавшись, я повесил трофей себе на шею.
Немного передохнув и одевшись, начал путь обратно. И хоть был рад, что получил свой медальон, соблюдал осторожность. Очень не хотелось, чтобы мое испытание закончилось как у Гнеда. Со мной ведь никого нет и тащить до крепости некому. Однако обратный путь прошел на удивление спокойно.
Уже на подходе к крепости я заметил фигуру, мерно расхаживающую около створки ворот. Это был Крий. Переживает за меня, чертяка старый. Эта мысль согрела меня лучше любого камина в зимнюю пору.
— Ну как, Рин? — его голос был взволнован.
В ответ я подцепил ладонью голову волка и показал Крию.
— Молодец, — с чувством облегчения произнес он. И тут же крепко обнял: — поздравляю, Рин.
— Спасибо, Крий, спасибо, — я был счастлив.
— Ну, рассказывай. Как там старина Грот поживает, жив ли, здоров ли? — спросил Крий и с интересом на меня уставился.
Я лишь выгнул бровь в недоумении:
— Э-э… Кто есть такой Грот? — удивился я.
— Значит, не встречал. Считай, повезло. В пещерке той, по которой ты шел, Циклоп живет. Мы его старым Гротом зовем. Не один ученик там голову сложил.
Я аж оцепенел от его откровений. Медленно привалившись к массивному косяку ворот, сполз вниз и начал хохотать. Вот это мне повезло, вот так удача.
— Рин, да успокойся ты. Все уже позади. Чего ты так разволновался? — озабоченным тоном спросил Крий.
Я же продолжил хохотать как сумасшедший. А немного успокоившись, вдруг осознал. И с широчайшей улыбкой сказал Крию:
— Теперь я мастер ведьмак!
Глава 10
Душевно посидели в тот вечер. Жалко только, что мало вина было. Зато полусладкое каэведнское, а не какая-то кислятина.
Честно говоря, не ожидал, что будем праздновать получение медальона. Ведь когда Гнед и Казимир прошли испытание, мы не праздновали, что и неудивительно. За то недолгое время осада еще не была забыта, а пить и кутить после таких потерь желания не было. Но спустя годы никто не отказался выпить за удачное окончание моего обучения. Вот только Ламберт весь вечер всем настроение портил своей постной рожей.
Геральт отнюдь не великий поэт умудрился сочинить стишок в его честь. Не ожидал в нем таланта рифмоплета: «Ламберт, Ламберт, хер моржовый. Ламберт, Ламберт, вредный хуй».
Хоть рифма получилась довольно кривой, зато в точку. Противный у Ламберта характер.
Выход на большак решил отложить до весны. Не хотелось переться из привычной мне крепости перед самыми холодами, да и глупо это было.
А дальше все пошло по привычной колее. Тренировки, тренировки и… Правильно, снова тренировки.
Так незаметно прошла зима, а вслед за ней наступила весна. Почти все уже покинули Каэр Морхен. Я же решил еще немного подождать, дабы подсохли дороги. А то по грязи тащиться удовольствия мало. В замке остались только я и Весемир с Крием. Да и те уже собирались в путь. Думаю, что как только уеду, замок покинут и они. Сейчас их тут больше ничего не держит.