Смазка в газовых амортизаторах, придерживающих дверцу в открытом состоянии, засохла, и дверь пошла вверх с огромным трудом. Из багажника вывалился кисло-сладкий запах старины. Карин задержала дыхание. Применяя всю силу, что осталась, подняла дверь и отошла на пару метров в надежде, что запах выйдет. Крышка медленно опустилась обратно.
Попробуешь открыть изнутри.
Я пролезу?
Да.
А там есть аптечка?
Вряд ли там есть то, что мы ищем.
Карин обошла сестру, подтянула ремень на её армейском рюкзаке, стряхнула пожухлые листья и пыль с плеч.
Как себя чувствуешь?
Нормально.
Карин снова подняла крышку, придерживая её одной рукой, другой вытащила из багажника тёмно-коричневый кожаный чемодан, два белых пакета, заполненных черной плесенью, выкинула их в лес, сняла перегородку, оклеенную серым велюром, высунула подголовники. Мия сняла рюкзак, залезла в багажник, перекинула ногу за спинку заднего дивана и оказалась внутри. С большим трудом оттянула водительскую «собачку» и открыла дверь. Карин закрыла багажник и залезла в салон.
Как сзади?
Удобно. А вылезать как? Тут же нет двери.
Передние сидения складываются.
Протянула руку, наощупь нашла ручку пассажирского сидения, нажала и оно сложилось. Мия открыла пассажирскую дверь и выбралась на улицу, подняла сидение обратно.
Карин положила руки на руль, как учил отец, на «десять и два». Выжала сцепление, включила первую передачу, воткнула вторую и коробку с хрустом заело. Покрутила регуляторы температуры и вспомнила, как в детстве отец сажал её на колени и она рулила. В лагере она водила военный Уиллис. Опустила солнцезащитный козырёк, с него посыпалась пыль, сверкающая, словно блестки на закатном солнце. Пересела на правое сидение и опустила козырёк там. Под слоем пыли оказалось маленькое зеркальце. Провела по нему указательным пальцем, оставляя за ним зеркальный след.
Впервые за долгое время увидела своё лицо. Впавшие от усталости и недосыпа глаза, почерневшее от пыли, грязи и костра лицо. Засаленные русые волосы, убранные в хвост. Под этой грязью скрывалось милое лицо. Большие голубые глаза, аккуратный нос, тонкие губы. Карин опустила взгляд. Достала из куртки нож, вспорола бежевую искусственную кожу и вынула прямоугольное зеркальце. Открыла бардачок. Там оказались высохшие влажные салфетки для пластика, пара компакт-дисков и связка ключей. Взяла их.
Один из ключей явно от замка зажигания. Она вставила его в замок под рулем, выжала сцепление, провернула ключ. Естественно, ничего не произошло. Карин только косо ухмыльнулась и бросила ключи обратно в бардачок. С секунду подумала, снова взяла их и положила в карман, где они стукнулись о зеркальце.
Вылезла из машины и подошла к запылённому чемодану. Замок с ключом. Достала связку, прикинула к замку самый маленький ключ. Не подошёл. Достала нож и вставила под замок, потянула на себя, и механизм с длинными шпильками вылез. Откинула его на асфальт, подняла верхнюю половину. Внутри оказались вещи: три совершенно новые пары носков, мужская рубашка, штаны, маленькая коробочка с мылом и расчёской.
Есть что-нибудь?
Да так. Шмотки и мыло.
Карин взяла носки, рубашку, мыло и запихала в свой рюкзак. В чемодан положила замок, закрыла и закинула как можно дальше в лес. Пошаркала ногой по асфальту, заметая пыль, чтобы никто не подумал, что здесь кто-то был, села в машину, Мия уже там.
Я пойду в город. Сиди тут и жди меня
Постарайся быстрее.
Я найду лекарство и вернусь.
Мия держала в руках старый голубой плеер Walkman и распутывала наушники.
Если ты не найдешь. Я умру?
Нет.
Но если всё-таки не найдёшь?
Карин вышла из машины.
Я послушаю музыку?
Один наушник, на минимальной громкости. Хотя не стоит, лучше контролируй дорогу.
Хорошо.
Перед сном спокойно послушаешь.
Карин закрыла дверь. Уже темнело. Двинулась по дороге и на первом перекрёстке свернула направо. Шаг быстрый, уверенный. Ночной ветер возвращался, уже завывал где-то в лесу. На дороге лежали деревья. Трава, проросшая сквозь асфальт, обвила трухлявые стволы. Сквозь зелень виднелись черные древесные грибы и плесень. Вдоль обочины выстроились брошенные машины с прогнившими крыльями, приросшими покрышками, обнажившимся кордом. Рыжие лужи под ними больше походили на проржавевшие тени, отбрасываемые напоминаниями о былой цивилизации.
Солнце уже почти село. Путь освещали последние лучи, еле пробивающиеся сквозь смог. Из леса вытек туман. Он медленно пожирал ржавые машины одну за одной. Карин побежала.
Главная улица. По краям отстроены красные кирпичные дома. Карин заметила выцветшую табличку с зелёным крестом. Подошла ближе. Двухэтажное здание. Стеклянные витрины разбиты, внутри пустота. Поваленные полки из нержавеющей стали, осколки, бумажки, листья, пустые коробки. Подняла большую полку, под ней оказалось несколько кирпичей и раздавленная коробка средства от кашля.