Пролог.
Уже почти полночь.. хочу спать. Нет никакого желания праздновать Рождество, я устала. Ни родителей рядом, ни друзей, ни кого, с кем я могла бы разделить свои чувства.. хотя, одной даже спокойнее. Или я просто стараюсь так себя утешить.
Единственное, что радовало - снег. Он падал тихо — как будто боялся потревожить мои мысли. Он ложился на ресницы, на капюшон, на перчатки, а я стояла на главной площади и смотрела, как город готовится к чуду.
Пахло хвоей и карамелью. Пытаясь отвлечься от собственных мыслей, я начала разглядывать прохожих. Многие из них так и светились, - видимо, у них этот праздник всегда с радостью ассоциируется: смеялись дети, кто-то целовал кого-то в щёку, кто-то спешил с подарками в бумажных пакетах, а кто-то просто кружился под музыку, доносящуюся из колонок возле катка.
Думаю, будь у меня хорошее настроения, и я бы могла повеселиться на славу, но в последние дни всё так навалилось.. стресс от учёбы, ссоры с родителями, предательство подруги.. а парня у меня, за все мои восемнадцать лет, и в помине не было.
Я стояла у ёлки. Вся разукрашенная, с мигающими гирляндами, она выглядела неестественно ярко в этом снежном сумраке. Я сунула руки в карманы пальто и сжала пальцы. Там, где должно было быть ощущение уюта — я чувствовала только холод и отчуждение.
— Счастливого Рождества, Кэсс, — пробормотала себе под нос. — Надеюсь, они действительно счастливы, - я снова посмотрела на толпу веселящихся людей.
Я даже не злилась. Просто чувствовала эту тянущую усталость внутри, которая никуда не девается. Как будто я всё время существую между. Между тем, что хочется, и тем, что есть. Между «нормально» и «выдержи». Между «все» и «я».
Я чуть шагнула вперёд, чтобы обойти ёлку — и вдруг что-то блеснуло у её основания. Я нагнулась. Между корнями и опавшей хвоей лежала какая-то.. подвеска?
Тонкая цепочка, и в центре — круглый, почти полупрозрачный камень. Светился. Совсем чуть-чуть, это и пугало. Он будто звал меня.
Ни коробочки, ни бирки, ни даже следов в снегу.
— Ты чего тут?.. Потеряли тебя, что ли?
Я подняла её, осторожно ощупывая. Подвеска светилась - отчего-то мне показалось, что это вовсе не из-за гирлянд, развешанных повсюду, - она казалась живой, будто я слышала её дыхание и шёпот... Нет, ну, это уже шизофрения. Может стоит к доктору обратиться?
Я провела подушечкой пальца по центру — и вдруг…
Щёлк.
Лёгкий, еле слышный звук. Как будто что-то внутри повернулось. И в ту же секунду часы на ратуше пробили полночь.
Первый удар. Второй.
Третий.
А дальше… всё изменилось.
Мир пошатнулся — не как в кино, не как при головокружении. Он вывернулся наизнанку. Как будто я шагнула в отражение — и зеркало разлетелось.
Я упала в сугроб, испуганно вскрикнув. Глубокий, сухой снег как-будто хотел поглатить меня. Холод пронзил до костей. Я резко села, задышав полной грудью и приходя в себя, пытаясь остановить головокружение. Боль отдалась в висках.
— Что произошло?..
Снег летел с неба так же, но звёзды… звёзды были другими. Как будто кто-то их заново нарисовал.
Я поднялась, пошатываясь. Подвеска в моих руках всё ещё светилась, да так ярко, что я смогла всё разглядеть. Я огляделась, пытаясь найти хоть что-то знакомое, но вокруг был лишь безмолвный лес и огромное, таинственное строение передо мной: башни, резные окна, балконы, - что-то между собором и крепостью, - из окон которого лился голубоватый свет.
Вдруг я услышала хруст снега и обернулась.
Два силуэта в длинных плащах двигались прямо ко мне. Я застыла — от холода или страха — точно не знаю.
— Vreʼta cenn dahl vareska...? — сказал один. Его голос был низкий, уверенный.
Я заморгала.
— Простите… что?
Второй кивнул и ответил ему, не глядя на меня:
— Noʼrin shaya kleyma. Kssē-taor.
Что это за язык? Ни один из звуков не казался знакомым. Они говорили между собой, изредка поглядывая на меня. Я же не понимала ни единого слова.
— Я… я не понимаю, — пробормотала я, чувствуя, как паника подступает к горлу. — Где я? Кто вы?
Я отступила на шаг, крепче сжимая в руке подвеску. Она пульсировала теплом, но это не успокаивало. Холодный воздух обжигал лёгкие, а звёзды, столь чужие и яркие, казалось, насмехались надо мной.
Помолчав немного, один из них снова обратился ко мне.
— …ваше имя?
Я вздрогнула.
Он… он говорил по-английски.
Или…
Это не мог быть английский. Я чувствовала, что он говорит иначе, что звуки всё ещё чуждые — и в то же время смысл проникал мне в голову напрямую.
Я машинально сжала подвеску.
— Кассандра… Элэри, — прошептала я.
Он кивнул.
— Мисс Элэри. Следуйте за нами.
Я не знала, о чём думать! Куда меня ведут, а главное - зачем? Как я сюда попала?! И почему поняла? Столько вопросов - и ни одного ответа.. А может, они как раз ведут меня туда, где мне их предоставят?