– От какого? – профессионально заданный вопрос это был.
– Это будет скорее короткий меч, очень большой нож, с зазубренными и канавками для стока крови, блестящий как молния и инкрустированный рунами.
Гам запомнил. Но я его обманул, умрет он от обыкновенной, но вовремя вынутой, финки.
Боцман
– Боцман, ты веришь в чудеса? – спросила Мур.
Во время траура по Вове нужно быть деликатным, и, прежде чем ответить, я осторожно подбираю слова. Колючие и холодные отбрасываю.
– Да я даже не знаю, наверное, да, точнее, скорее да, чем нет. Иначе не хотел бы ударить в колокол.
– А что такое чудо?
– Это когда невозможное становиться возможным, – я озвучил энциклопедическую формулировку, но знания у меня совсем не энциклопедические, и откуда что берётся?
– Невозможное для одних, будет простым для других, в твоем определении чудо получается относительным.
– Да, чудо для лупоглазиков будет обычной магией для волшебников, а цветной экран простой для лупоглазиков – нечто запредельное для колдунов. Всё относительно.
– Чудо – это изменение состояния бытия. Это кто-то из древних сказал. Но и здесь относительность, ведь кто-то изменяет это состояние, для него чудо – не является чудом. Даже в случае собственной трансформации относительность не пропадает: для тебя-последующего уже не будет чудом то, что являлось им для тебя-предыдущего, то есть до момента самого чуда.
Я пытался осмыслить её слова, но так и не смог. Моей голове не хватило бы на это всей моей жизни, а ведь ещё нужно было есть, спать и запускать змеев. Вот если бы этот разговор перевести на язык…
– О чем ты думаешь?
– О языке.
– О каком?
– Я не додумал.
– Боцман, не надо пытаться меня успокаивать. Не надо! Я справлюсь.
Я ей поверил. Мур справится, а вот справлюсь ли я?
А ещё мне приснился сон – подобный уже прилетал ко мне по ночам… запускали змеев с мелкими, нарвались на патруль… те увязались за нами по крышам бегать… и вот мы перепрыгиваем с одного дома на другой – расстояние не большое… для меня… и Щегол исчезает внизу и кричит… я тяну к нему руку, но не успеваю… от этого повторяющегося кошмара я так и не нашёл противоядия…
Утром от мальчишек в слезах и соплях узнал, что Щегол действительно разбился этой ночью… убегал от серых… теперь у меня с Маркелом личный счёт… Родителя Щегла меня не обвинили ни в чём… причем, я бы понял, если бы отец меня ударил, а мать – плюнула мне в рожу… все же знали, что я – главный протагонист змеев на местных улицах и переулках… нет, меня в траурном доме встретили молчанием и вздохами и это было тяжелее всего пережить… Некоторые даже меня как-то подбадривали и от этого становилось ещё поганее на душе…
Маленькая сухонькая женщина
Маленькая сухонькая женщина вышла из дома…
Маленькая сухонькая женщина дошла до участка серой стражи
Маленькая сухонькая женщина получила оговоренную банку из-под краски…
Маленькая сухонькая женщина, упаковала банку в бумагу и затянула бечёвкой…
Маленькая сухонькая женщина отнесла банку на вокзал….
Маленькая сухонькая женщина, отдала банку помощнику машиниста…
Он оказался корыстным человеком и проверил содержимое – потыкал в серо-чёрном порошке отвёрткой…
– Что это, как думаешь? – спросил он у машиниста.
– Это прах. А ты думал бриллианты?! – засмеялся честный малый.
Помощник сплюнул и завернул банку в бумагу, границу проехали без проблем. На конечной станции в Петрополисе у помощника машиниста банку забрала женщина с пустыми глазами. Она принесла банку домой и пересыпала прах в более достойный сосуд. Это всё, что осталось от её сына Изи, которого сожгли в одном из крематориев третьего «великого» магистрата…
Маленькая сухонькая женщина вернулась домой…
Маленькая сухонькая женщина приготовила кашу…
Маленькая сухонькая женщина открыла потайную дверь за шкафом…
Маленькая сухонькая женщина накормила девочку…
Если бы эту картину маслом увидели соседи, то они могли бы донести в Орден меченосцев. За укрывательство евреев положена смерть, а за донос – награда. И каждому – своё…
Королева
Бунт готовили-готовили и приготовили. Как шарлотку. Художники массово рисовали непотребные для власти картины. Их приходилось затирать серой страже, а это отвлекало служивых людей от их прямых обязанностей; мальчишки змеями тревожили стражу уже по ночам. Мастеровые с разных цехов каждый день выходили на улицы и митинговали беспрестанно, а сажать их уже было некуда – тюрьмы трещали по швам. Потихоньку температура в Лас-Ке достигал нужного значения, общий настрой народных масс перешёл через "точку росы" и вода превратилась в лёд, а лёд уже может обжечь… обжечь, как и кипяток, вот бунт и стал закипать. Только Боцман не успел увидеться со своей женой. Всё успел, а на это его не хватило. Эльза с ребятёнком зашла в их дом с парадного хода, когда Боцман выходил из него с чёрного вместе с таким же похмельным, как и он, шутом. Супруги так и не встретились. Как и другие супруги: больше не встретятся Александра с Виктором: он погибнет в неравной рубке у ворот во дворец, голубое небо увидит себя в его открытых глазах… и много ещё людей не увидели, чем дело закончилось, и много ещё пар разорвалось навсегда. И за это я тоже отвечаю…