– Ты, случаем, не влюбился ли в Дарующую Мечты?
– Да, а что?
– Но она же не оса?
– Я знаю, – сказал Вабута.
Я понял, что не понимаю чего-то в нашем легком мире и полетел скорее к Инне, чтобы она мне всё растолковала. Она не объяснила, но поняла, обогрела и успокоила. Это было то, что мне и требовалось, А вот нерешённый вопрос так и остался висеть перед моими глазами разноцветными точками, потом точки перегруппировались и получилось ещё более непонятно: "Веревку надо поднять наверх, чтобы лопотун смог воспользоваться шумелкой", – насчёт этих слов я полетел уже советоваться с Вдруком, но он ничего не объяснил, лишь сказал: "В своё время тебе всё станет ясно, и ты поднимешь веревку или найдётся кто-то другой, кто сделает это за тебя". Я же думал, что всё время – моё. Непонятки.
А ночью стало ещё более неясно: наш лопотун боролся на ритуальном ристалище с не нашей лопотуньей, у неё были светлые волосы и до этого она ни разу не появлялась в нашей пещере.
– Может быть, наш лопотун перешёл на следующий уровень развития и ему положен более сильный противник? – предположила Инна.
– Во-первых, нельзя однозначно сказать, что эта новая лопотунья сильнее, чем прежняя, а во-вторых…
– Не будь занудой, Ян! – засмеялась Инна.
Я не стал занудой и предложил дуэль. Через миг наши жала выбили пыль из недомолвок и натянутостей, которые опутывали нас целый день, а через две обоюдные атаки эта липкая и неприятная паутина уже падала вниз, но лопотуны не заметили её лоскутков и продолжали свою борьбу на ристалище.
Королева
Ко мне в сон прибыли Эльза и Александра.
– Сейчас мы отправимся в страну Чебуреков! – после дружеских приветствий, обнимашек и поцелуев заявила я тоном, не предполагающим возражения.
Да, я справилась с депрессией и снова стала энергичной королевой, как много… много… не будем говорить сколько лет назад. Видя меня такой, никто бы и не подумал, что недавно я подумывала о самоубийстве. И не надо спрашивать, как бы я это сделала, пусть чёрная полоса навсегда отойдёт в прошлое…
Мои подданные даже не задали вполне допустимых в данных обстоятельствах вопросов, вроде: "Куда, куда?!"
– Вы не ослышались. Мы отправляемся в страну Чебуреков. За мной!
Я махнула рукой и мы, оседлав коньков-горбунков, помчались сквозь миры. Не всё пошло гладко по мной утверждённому плану. Но главное ввязаться в бой, а там уж как получится. Нас остановил патруль, состоящий из десятка одинаково красивых парней, стоявших колонной по два, у пяти на камзолах были вышиты нолики, а у пяти – крестики.
– Куда путь держите? – спросили хором крестики.
– В страну Чебуреков.
– Без пошлины вы через наш мир не проедете! – заверили нолики.
– И какова пошлина? – спросила я.
– Вы должны дать сеанс одновременной игры в крестики-нолики нашему чемпиону. Клеточное поле – бесконечное, выигрывает тот, кто первым поставит пять крестиков или пять ноликов. Если кто-нибудь из вас победит хотя бы в одной партии, то мы проводим вас до границы страны Чебуреков.
– А если мы ни разу не выиграем? – спросила Александра.
– Останетесь здесь переписчиками лучших партий, – объявил один страж.
– Красивыми переписчиками… – добавил его брат близнец и покраснел. Мы его простили.
– Мы согласны, где ваш чемпион? – с легкостью приняла я условия испытания.
– Я здесь, – отозвался некто в тумане, было неясно: крестик он или нолик.
Мы играли, играли, играли и проиграли первые 1028 партий…
– А что это за мир? – спросила меня Эльза, чтобы как-то отвлечься от мельтешащих перед глазами палочек и бубликов.
– Это мир, где живет идея хорошо нам знакомой игры на бумаге в клетку.
– Озабоченные они какие-то, – заметила Александра. – Зачем им переписчики, у них же архивы постоянно пополняются.
– Не знаю, девчонки, давайте поднапряжемся и уделаем чемпиона.
Мы поднапряглись и проиграли ещё 1028 партий. "Уф!!!" – только и доносилась от наших столиков, где мы терпели поражение за поражением.
– Чемпион всегда играет крестиками, у нас нет шансов выиграть! – пожаловалась охраняющим нас десяти юношам Александра.
– Так принято, но за пределами нашего мира иногда начинают нолики, так поддерживается гармония. А мы сохраняем традицию без изменений.
– А почему вас десять? – спросила у охранников Эльза.
– Чтобы никто никого не победил! – хором объяснил десяток "инкубаторских" молодых людей.
– Жуть! – одновременно сказали мы и засмеялись.
Соблазнить, обмануть, убить, усыпить, разжалобить, обжулить, прозомбировать и ещё кое-что заканчивающееся на "ть" чемпиона нам не удалось. Мы проиграли ещё 1028 партий. После этого чемпион «сменился» – в тумане мы заметили, что он из крестика превратился в нолика. Начинал он крестиками и так же легко выигрывал у нас, но… Его мы всё же обмишурили: не потому что шибко умные, просто у нас осталась одна отложенная партия. В ней я ещё играла ноликами и он не мог у меня выиграть из соображений гуманности или морали, или ещё чего-то – какая разница?– а я у него выиграть могла! Правда, мне показалось, что он мне поддался, после того как я пообещала всю жизнь играть ноликами… впрочем, какая разница – в чём причина победы? Главное то, что я выиграла с присущим мне блеском и изяществом. Проигранные тысячи партий были забыты и стерты из хроник наших путешествий сквозь миры.