Опытные мадам, давно поделившие рынок пикантных услуг, напрасно смеялись над молоденькими дурочками, добровольно подписавшимися сутками раздвигать ноги задарма. После первого раза ни один из посетителей не пошёл в другое заведение. Нет-нет, все они остались живы. Но ни один не смог преодолеть очарование трёх поочерёдно работавших в заведении девушек. Трёх — потому что Минами начала эксперименты с иллюзией облика. Пока в её арсенале кроме собственного лица, были китаянка с рыжими волосами и нежным остреньким подбородком и смуглая зеленоглазая индуска. Минами планировала расширить свой «коллектив», но пока решила не распылять усилия.
Мужская энергия полилась нескончаемым потоком. Одержимость клиентов чернобурки была такова, что моряки, нанимавшиеся в каботажное плавание от самого Приморского княжества на юге и до Северных территорий, перезаключали контракт снова и снова, лишь бы вернуться в Сянлянь, вернуться в «Чёрную жемчужину». К удивлению Минами, многие были даже довольны тем, что после её сеансов на время многомесячных странствий освобождены от проблемы похоти. Очарованным клиентам это казалось её несомненным достоинством, тем более что в присутствии кицунэ все проблемы мужского бессилия испарялись.
Ручейки энергии с китайских деревушек продолжали исправно течь, а если какие вдруг иссякали — в «Чёрной жемчужине» объявлялись санитарные дни, а чернобурка являлась в провинившуюся вотчину и недвусмысленно намекала на недопустимость подобного поведения.
Несколько лет Минами развлекалась сменой «масок». Теперь она могла удерживать десятки разных личин.
Вторым любопытным занятием, которым она увлеклась в борделе, было «хождение в сны» — навевание утомлённым клиентам фантастических образов и ложных воспоминаний.
СНОВА СКУКА
Новая Земля, Сянлянь, осень 0026 года
Мелькала пёстрая и в то же время однообразная круговерть дней. У чернобурки было уже пять хвостов, и скоро, по её расчётам, должен был появиться шестой.
Минами вновь стало скучно. Всё чаще она не снисходила до клиентов, рассеянно погружая их в мир фантомов — поток жизненной силы так и так доставался ей.
Наконец она решилась. Как раз подвернулся удобный случай: требовалось примерно наказать деревню, переставшую приносить дары на алтарь лисы.
Акция устрашения обернулась такими необходимыми ей вешицами. Вернувшись домой, она сунула первому попавшемуся слуге (одному из трёх, «слугам за всё» в её доме) пакет с тремя плохо очищенными теменными костями. Мужскими.
— Вычисти шапочки, отполируй и сложи в гардеробной на красный комод.
— Слушаю, госпожа. Будет сделано, — слуга с поклоном принял кости и с полной уверенностью, что несёт в чистку шапочки, удалился.
Вечером Минами приняла работу. Весьма неплохо. И впрямь похоже на шапочки. Потренироваться, что ли?
Вся сложность ритуала была не в точном времени и не в том, чтобы лик луны (лики двух лун?) не были потревожены облаками. Нужно было поклониться луне определённое количество раз и так, чтобы кость удержалась на голове при всех поклонах. В виде лисы, конечно же. И тогда… Та книга, которую она не показала ни одной из лис, утверждала, что тогда кицунэ может перевоплотиться из женщины в мужчину. Или наоборот.
Первый эксперимент почему-то вышел неудачным. Возможно, виной была едва видимая лёгкая дымка тумана, поднимающаяся с моря. Минами рычала и била посуду. А потом решила поменять кость. Несколько часов она ждала, пока воздух не достигнет хрустальной прозрачности, и лишь потом начала ритуал.
Удар был чудовищен. Гораздо сильнее, чем в первый раз, когда она принесла жертву самой себе. Багровая пелена не просто накрыла её, Минами металась в волнах безумия, словно щепка в водовороте. Но… деревни продолжали приносить дары. Страх наполнял крестьянские души. Энергия текла в её вместилище силы. И это вынесло её из океана небытия.
Из зеркала смотрел мужчина с хищным носом, причёской бизнесмена и аккуратной чёрной бородкой. Совершенно незнакомый. Разве что глаза остались похожи, а в остальном… Начать хотя бы с того, что он был на полголовы выше, чем её прежнее тело. Пришлось заново привыкать к длине рук и изменившемуся шагу, не вздрагивать при звуках собственного голоса и не поводить бёдрами при ходьбе. Да много чему пришлось переучиваться.