Не успеваю моргнуть глазом, а он уже рядом со мной. Сел на корточки и притянул к себе поближе:
- Если бы ты только знала, как ты на меня действуешь! – томно и хрипло произносит мужчина. Замечаю непроглядную ночь в его глазах. А ещё то, что он сейчас очень сильно напряжён. У него даже жилка на шее вздулась. Неужели же я и правда так на него действую?
- Ты – как пери. Только знать бы, какая именно: адал или арам? Погубить меня ты пришла, или подарить блаженство и показать дорогу в Жиделі-Байсын?
Я ничего не могла понять. Но спросить ничего не успела. Горячий и требовательный поцелуй мигом заставил забыть обо всём. Обо всём, кроме мужчины, который сейчас с неистовой страстью сжимал меня в своих горячих объятьях.
Поцелуй был долгим и сладким. Приятные ощущения внизу живота уже успели стянутся в тугой узел и всё, о чём я могла в этот момент только мечтать – чтобы он не останавливался.
Но Руслан прекратил поцелуй. Только объятья не разжимал. И мы с ним ещё какое-то время вот так – просто тесно обнявшись, стояли посреди кухни.
- Хочу тебя, - чуть слышно произнёс он, - хочу так сильно, как никого и никогда до тебя.
- Тогда почему ты остановился? – так же тихо спрашиваю я.
- Хочу, чтобы у нас с тобой было всё правильно. Не хочу поторопиться и допустить какую-нибудь ошибку.
Я не сильно понимала, о чём он сейчас говорил. Но решила не уточнять. Желание близости к этому времени немного улеглось. Видимо не только у меня. Поэтому через какое-то время мы всё же приступили к завтраку.
- Это всё ты сам приготовил?
- Почти, - довольно улыбнулся Руслан.
А я была удивлена. Сильно. Потому что: во-первых – блюд на столе было не мало. Во-вторых – все они были необычайно вкусными. В-третьих – многое из того, чем он сейчас меня угощал – я пробовала первый раз.
- Но как? Ты так хорошо умеешь готовить?!
- Есть немного. Понимаешь, Танюш, моё увлечение клубным бизнесом – это только часть меня. Мне с детства было очень интересно готовить. Сначала я помогал матери и сёстрам. А потом стал пробовать что-то посерьёзнее.
- И у тебя получилось? Ты кто по специальности?
- Ни за что не поверишь, - хитро улыбнулся он.
- Ну скажи! Ты повар-кондитер?
- Да нет же! Говорю тебе, что ты не поверишь.
- Если ты сейчас же не скажешь, то я обижусь и не буду пробовать вон те вкусные чудо-пышки.
- Это не пышки, а баурсаки, - засмеялся Руслан, - а попробовать тебе их всё же советую: их готовила моя мама. Вчера только передала.
- Давай заключим договор: я съем все эти баурсаки, а ты мне рассказываешь про своё образование?
После этого, не дожидаясь ответа, я протянула руку за очередным угощением. Вкусно! Тоже хочу такие научиться готовить!
Руслан только с улыбкой на меня поглядывал. Но рассказывать всё же начал:
- О своей специальности я не рассказываю почти никому. Ещё будучи совсем маленьким я понял, что меня очень привлекает мир прошлого, истории. Сначала я просто зачитывался разными историями, историческими романами. Потом подсел на такие же фильмы. Дальше – больше. К старшим классам я уже хорошо знал, на кого пойду учиться. Поэтому никто из моих родных и близких не удивился, когда я выбрал исторический факультет.
- Так ты – историк?
- Да, Таня, я – историк.
Сказать, что он сейчас меня удивил – это ничего не сказать. Я не могла в это поверить. Ещё раз обвела его своим пристальным взглядом. Так, как будто так можно было увидеть что-то важное и ценное, что-то, что этот невозможно странный и одновременно удивительный мужчина скрывал в себе. Но ничего не изменилось. Передо мной всё так же был обворожительный двухметровый брюнет, от одного взгляда которого я напрочь теряла голову.
- Прекрати так на меня смотреть! – тут же запротестовала я, поняв, куда направлен его жадный взгляд. Хотела было прикрыть грудь, которая сейчас очень отчётливо выделялась из под футболки, но он меня остановил:
- Не закрывайся от меня. Поверь, всё, что мог, я уже увидел этой ночью.
Его голос при этом был хриплым, грудным, чуть надтреснутым. От этого всего волна уже знакомого жара приятной истомой снова стала растекаться по моим венам, увлекая меня в водоворот страстей.
- Но я не могу соображать, когда ты вот так на меня смотришь! – почти взмолилась я.
- Ох, Танечка! Это ещё нужно хорошо подумать, кто из над двоих сейчас держится из последних сил. Только сейчас мне окончательно стало понятно, зачем наши предки так старательно настаивали на том, что женщина должна скрывать от посторонних мужчин себя.