– Я выходила на обед, о чем тебя предупредила, но ты была так занята чтением, что даже голову не подняла. Я решила закрыть магазин и сбегать быстренько домой перекусить.
Клара обомлела: она даже не слышала, как подруга заглядывала в подсобку.
– Хорошо, я признаюсь, что немного переборщила. Прошу прощения, – виновато произнесла она.
Аркадий метнул на нее гневный взгляд.
– Пойдем домой! – приказным тоном произнес муж, взял за руку дочь и направился к машине.
Клара подняла с пола дневник, сложила его в сумку и покорно поспешила за семьей.
Весь оставшийся вечер Клара помогала мужу собирать вещи и раскладывать их по коробкам. Настроение Аркадия осталось прежним, он ходил по квартире угрюмый и отстраненный, а Клара даже не пыталась с ним объясниться. Сбор вещей вызвал у нее приступ депрессии. Душа разрывалась на части. С одной стороны, ее беспокоило будущее бизнеса и проблемы подруги. С другой, ей нужно было обустроить семью на новом месте и не доводить до конфликта ситуацию с переездом. Еще эта история Тамары и Тихони не давала ей покоя… В итоге она решила, что ничего предпринимать не будет – пусть все идет, как идет. Если события сложатся так, что кроме переезда ей ничего не останется, значит, так тому и быть – она уедет.
Кто-то из соседей забарабанил по батарее. Аркадий посмотрел на часы, устало выдохнул и сказал:
– Уже половина одиннадцатого. Продолжим завтра утром. Я выпью пива и спать. Надеюсь, сегодня ты ляжешь спать в спальне?
Вместо ответа Клара отрицательно помотала головой и пошла на кухню, сварила себе кофе и хотела уже открыть дневник, но услышала настойчивый звонок в дверь. Полина уже спала, и Клара испугалась, что незваный гость разбудит дочь.
Дверь открыл Аркадий. Клара вышла следом за ним в коридор и увидела Уварова. Рядом с ним стоял незнакомый мужчина в черном костюме и сером плаще.
– Добрый вечер, у нас есть к вам несколько вопросов, вы не возражаете, если мы войдем? – спросил официальным тоном следователь.
Аркадий отступил в холл и пропустил Уварова и его коллегу в квартиру.
– Все, что я знала, я вам сказала. Мне нечего добавить, – сухим тоном произнесла Клара.
С мрачным лицом муж ушел на кухню, и Клара услышала звон пивных бутылок.
– Клара Владимировна, это следователь Коваленко, ему передали дело Тихонова, – деловито представил коллегу Уваров.
– Очень приятно, – еще более сухо произнесла Клара и отступила в сторону, чтобы настойчивые гости смогли разуться. – А до завтра это подождать не может? У нас только что уснула дочь.
– Нет, – небрежно бросил второй следователь.
Коваленко был полной противоположностью Уварова: заляпанный кетчупом костюм, сальные волосы и дурные манеры; его голос звучал с вызовом и надменностью, а реакция Клары его заметно раздражала.
Клара не знала, что делать: гостиная была заполнена коробками и упакованной мебелью, на кухню их тоже нельзя было пригласить – на столе лежал дневник. Кабинет был рядом с детской – услышав голоса, Полина могла проснуться. Пока она размышляла, Аркадий выглянул из кухни и пригласил их войти. Он протянул следователям по бутылке пива и сказал:
– Служителям закона тоже нужно время от времени расслабляться.
Гости не стали возражать и расположились за столом. Коваленко и Аркадий перебросились общими фразами о переезде. Клара не сводила глаз с Уварова. Он снял пиджак, повесил его на дверную ручку и сел за стол.
– Так чем обязаны? – более официально спросил у гостей Аркадий.
Коваленко откашлялся и быстро произнес:
– Мы получили новую информацию и решили заново допросить вашу супругу.
– Какую информацию? – насторожился Аркадий и поставил недопитую бутылку пива на стол.
Коваленко рассказал то, что Клара уже знала: тело утопленника исчезло, по снятым отпечаткам в квартире было выяснено, что «утопленник» принимал участие в ограблении. Далее Коваленко показал фотографию настоящего Тихонова. Это была черно-белая фотография с камеры, установленной на паспортном контроле в аэропорту. На ней был изображен высокий мужчина пятидесяти лет со светлыми кудрявыми волосами.
Уваров положил фотографию перед Кларой и, показывая на руку Тихонова, спросил:
– Вы утверждаете, что именно этот человек был на пляже в день своего самоубийства?
– Да, – подтвердила Клара.
Она сказала абсолютную правду: действительно, это был тот самый человек, которого она видела на пляже.
– Посмотрите еще раз, это очень важно, – грубо произнес Коваленко, – это точно тот самый человек, который утопился на ваших глазах?