Кати и сама не поняла, что с ней произошло. Откуда-то изнутри поднялась черная злость, вперемешку с горькой обидой. Катрина резко ухватилась за протянутую ладонь и крепко сжала пальцы.
Гнусный восторг в глазах Джины пригас, сменился растерянностью, потом страхом, и противная девица, громко ойкнув, вырвала руку из захвата Катрины. Согнулась пополам, испуганно застонала, а потом ее вывернуло чуть не галлоном прозрачной воды прямо на блестящий паркет. Джина закашлялась, судорожно втянула в себя воздух и, дрожащими руками отведя намокшие волосы со щек, тихо заскулила.
Вокруг повисла напряженная тишина, а потом брат Харди в пару прыжков оказался рядом с девушками:
— Что у вас происходит? Мисс Джина, какого…
— Она. — Джина, все еще согнувшись, подняла дрожащий палец и ткнула им в Кати. — Это все она сделала. А я всего-то хотела помочь.
Кати перевела ошарашенный взгляд с кривившегося лица девушки на мокрый паркет и почувствовала, как ее сковывает холодный страх.
— Бра… брат Харди, я не хотела… она уронила меня, а потом…
— Снова вре-ешь! — пронзительно завизжала Джина, отшатнувшись, а маг больно схватил Кати за плечо и развернул к себе.
— Идите за мной, мисс, — бросил он сухо, буравя ее раздраженным взглядом, — с геронтом будете объясняться лично.
Раздавленная случившимся, Кати послушалась и на негнущихся ногах отправилась вслед за наставником.
Они вышли в пустой холл и зашагали по коридору в сторону кабинета отца Рилана. Кати смотрела в прямую спину решительно настроенного мага и пыталась найти хоть какие-то слова оправдания. Впрочем, паника смешала все мысли в ее голове, а в горле становилось все горячее. И когда Кати решила, что больше не может сдерживаться и вот сейчас позорно разрыдается, наставник неожиданно остановился.
Кати подняла глаза и чуть не потеряла равновесие от нахлынувшего облегчения. Перед ними стоял брат Марк и, удивленно вскинув брови, разглядывал свою подопечную.
— Куда это ты ведешь мою ученицу? — ошарашенно произнес он.
— К геронту, — недовольно отозвался Харди. — Твоя ученица, знаешь ли, покусилась на жизнь и здоровье одной из наших воспитанниц.
— Каким это образом?
— Да чуть не утопила! И будь я проклят, если знаю, как она умудрилась влить в нее такое количество воды! Ты что, давал ей какой-то усиливающий амулет?
— Так, подожди. — Марк вскинул руку, упреждая словесный поток собрата и шагнул к подопечной: — Что произошло?
Губы Кати дрожали, и даже захоти она сейчас объясниться, все равно бы ничего не вышло. Брат Марк, похоже, понял, и напряженный взгляд его смягчился.
— Я сам разберусь с происшествием, — сказал он и взял девушку под локоть.
— Но геронт должен узнать, — начал было возмущаться брат Харди, и Марк его перебил:
— Узнает, само собой. Но не раньше, чем я тоже разузнаю и пойму, что случилось. Это моя ученица и, полагаю, я сам должен нести ответственность за ее проступки. Тем более, ты же прекрасно понимаешь, что у отца Рилана сейчас есть куда более насущные заботы, чем ссоры и драки среди учеников. Так что… спасибо тебе, брат, за бдительность, но дальше я сам.
И он решительно повлек Кати в обратном направлении.
Когда поднялись на второй этаж, она наконец-то смогла вздохнуть свободнее. Повернулась к наставнику, собираясь объясниться (слишком уж угнетало его молчание), но Марк в ответ приложил палец к губам и покачал головой. Все так же молча они миновали коридор с комнатами магов, а потом наставник, выпустив, наконец, ее локоть, распахнул дверь.
Войдя в кабинет, Кати почувствовала, что из нее точно вытекли все силы. Наплевав на вежливость, она без приглашения прошла к окну и опустилась в стоявшее там мягкое кресло.
Марк закрыл дверь на ключ. Подошел к стеллажу, снял с полки темную бутылку и поставил ее на письменный стол напротив Кати. Та же бездумно за ним наблюдала и пришла в себя только, когда носа коснулся терпкий запах вина из протянутой Марком чашки.
— Это мне? — удивилась Кати.
Он кивнул.
— Но… я еще никогда…
— Сегодня в самый раз начать. Не волнуйся, пригуби немного, это поможет согреться и успокоиться.
И только тут Кати осознала, какими холодными стали ее руки и ноги.
— Просто выдохлась, — объяснил Марк, наблюдая ее удивление. — Что бы там ни случилось, ты выплеснула слишком много силы, и сейчас тебе просто нужен отдых.
Кати осторожно поднесла чашку ко рту, а после, почувствовав на языке одновременно сладкую и обжигающую жидкость, неожиданно для себя сделала несколько жадных глотков. Почувствовала, как в груди разливается тепло, шумно выдохнула и откинула голову к спинке кресла. Прикрыла глаза и почувствовала, как Марк забирает у нее из рук чашку с остатками вина.