Особо долго ждать не пришлось - уже через полчаса зоркие глаза Шадрина засекли в небе черные точки. Тронувшись с места, броневик заехал под низко наклонившиеся под тяжестью снега, ветви деревьев. По крайней мере, его теперь не так уж хорошо видно с воздуха.
Впрочем, у самолётов здесь имелась своя цель. Описав в воздухе полукруг, ведущий, клюнув носом, свалился в пике. Даже отсюда был слышен треск его пулемётов.
Не остались в долгу и финны - откуда-то из леса ударили зенитки, и в воздухе повисли грязно-серые комки разрывов.
Рванули на земле первые бомбы.
Потянулись дымные трассы и от второго ‘СБ’. А на штурмовку заходил уже третий…
Интересное и необычное зрелище! Впервые удалось увидеть, как наши бомбардировщики пикируют на цель. До этого все бомбы сбрасывались прямо с горизонтального полета, а вот такой способ штурмовки, никому из разведчиков встречать ещё не доводилось.
Зенитчики не унимались - к выстрелам пушек прибавились ещё и пулемёты. Воздух распороли трассирующие пули, направленные в сторону самолетов.
Подхватив на колени сумку с гранатами, младший лейтенант сотворил при помощи бинта две связки по три гранаты. Положил их на специальную полочку около своего кресла.
- Илья!
- Слушаю, товарищ командир!
- Как увидишь финнов - пали в воздух из башенного ствола! Там калибр серьёзный - тринадцать миллиметров, издалека слыхать будет. Пусть видят, что мы по самолетам огонь ведём! Только в натуре не попади! Шадрин!
- Я!
- Если шлагбаум ещё цел - притормози около него. Я туда связку зафигачу, нехай думают, что его бомбой разнесло!
Броневик осторожно высунул нос из-за поворота. Выглянув в амбразуру, Алексей увидел торчащий вверх ствол зенитки - её расчёту уже явно было не до наблюдения за дорогой. Провожая пролетающие самолёты, они увлечённо высаживали в их сторону один снаряд за другим. Надо полагать, подобная наглость долго оставаться безнаказанной не могла, и выходящий из пике самолет обстрелял позицию зенитчиков. А заодно и всю прилегающую местность - в том числе и броневик! По борту прозвенели пули, высекло искры из башни, но - слава богу, этим все и обошлось! Так что, ответная очередь башенного пулемета со стороны выглядела совершенно оправданной.
- Газу!
И тяжелая машина рванулась вперёд по дороге, сметая по пути раскрашенную деревяшку шлагбаума. ‘Как жезл у ОРУД!’ - мелькнула в голове мимолётная мысль.
Внешне это выглядело так, будто броневик пытается выйти из-под обстрела. До шлагбаума ли тут? Башку бы сносить!
- Тормози!
Шадрин ударил по тормозам, и все дружно клюнули носом. Бронемашину занесло. Зато и пули следующего самолета взвихрили снег дальше - стрелок не учёл возможности такого маневра и промахнулся. Распахнув дверь, Ракутин выскочил наружу.
Опа!
Гранатная связка улетела за бруствер к зенитчикам.
Уже запрыгивая назад, он увидел вымахнувший оттуда столб снега - похоже, что от взрыва гранат сдетонировало ещё что-то.
- Миша давай! Ходу отсюда!
В лесу жахнуло, и над дорогой пролетела какая-то хреновина, отброшенная в сторону основательным взрывом. Надо думать, бомбардировщики, наконец, нащупали свою цель…
Отчаянно палящий из пулемета броневик, виляя по дороге, уходил дальше в лес.
Отъехав от разбомбленных батарей пару километров, Шадрин притормозил и заглушил мотор.
- Извини, командир… руки дрожат. Как ‘СБ’ на нас зашёл - думал всё, кирдык…
- Не ты один! - откликнулся сверху Илья. - У меня так аж в голове загудело, когда нам по башне звезданули!
Народ слегка оживился, даже притихшие в уголке шведы зашевелились и жестами попросили пить. Коротко переговоривший с ними Деревянко, повернулся к командиру.
- Товарищ младший лейтенант, они до ветру хотят. Медвежья болезнь их мало, что не прохватила, боюсь - не выдержат больше.
- Только по-одному! И осторожнее там, вдвоём их выводите.
Возня с пленными офицерами заняла минут двадцать. Пользуясь этим, водитель осмотрел машину и никаких особенных повреждений не нашел. Повезло - пули попали по броне вскользь, вдоль бортов, оставив на ней только длинные росчерки. Кто знает - попади они четко сверху… ведь верхняя броня, кажется, тоньше? Разбита только одна фара - так всё равно, ночью ехать не придется. Прикинув по карте местоположение, Алексей понял - до деревни осталось километров пятнадцать. За полчаса доехать вполне возможно.
Запихав шведов на отведенное для них сиденье, экипаж занял свои места, и водитель снова завел мотор. Переваливаясь на ухабах, машина выбралась на середину дороги и двинулась в сторону деревни.
Минут через двадцать, впереди обозначилось какое-то движение.
- Илья - пулемет перезаряди! Мало ли кто там такой…
Как и следовало ожидать, на дороге появились финны. Много - человек пятьдесят, на десятке подвод. С передней соскочил офицер и требовательно поднял руку.
- Стреляем?
- Обожди… - младший лейтенант вгляделся, - У них на телегах лопаты какие-то, проволока, пилы… Так это ремонтники - на батарею едут! Гриша! Накинь кожанку, побазарь с офицером! Он видит, что мы оттуда едем, вот и интересуется.
И действительно - в машине отыскалась кожаная куртка со знаками различия старшего сержанта, надо полагать, как раз бывшему командиру и принадлежала. А вместо головного убора вполне годился шлем. Их в броневике хватало, даже пленным шведам досталось. Обернувшись назад, Ракутин выразительно покачал пистолетным стволом, давая им понять, что излишняя разговорчивость в данный момент может быть смертельно опасной. В первую очередь - для самих разговорчивых.
Чуть скрипнув тормозами, броневик остановился и в открытую дверь выбрался Григорий. Хоть и наскоро переодетый, он выглядел вполне по-фински. Поскольку остановивший машину офицер явно был старше по званию, Деревянко представился первым.
- Старший сержант Суттинен!
- Лейтенант Вяльбе! - ответно козырнул командир ремонтников. - Вы едете со стороны батареи?
- Да. Оттуда.
- Что там?
- Плохо, господин лейтенант! Бомбардировщики красных перевернули весь лес.
- Я смотрю - вам тоже досталось?
- Броня выдержала. Башенный стрелок вел по ним огонь, но… - развел руками Григорий, - Мы же не зенитчики…
- Да… им тоже досталось. Три пушки вдребезги!
- О! А батарея? Уцелела?
- Трудно сказать… Оттуда нам звонили, стало быть, живые есть. А вот что с пушками? Одну, вроде бы, не заметили, именно оттуда сержант и позвонил. Но о других он ничего не сказал. Вам помощь нужна?
- Нет, нам только фару разбили, а так всё в порядке. Как дорога дальше - её не бомбили? Мы проедем?
- До деревни всё цело. Дальше не знаю, но утром туда ушли артиллеристы… Если бы было что-то не в порядке, они сообщили бы.
- Благодарю вас, господин лейтенант! Разрешите следовать далее?
- Разумеется! Будем надеяться, что красные больше не прилетят!
Лязгнула закрываемая дверь.
Лейтенант повернулся к обозникам и повелительно взмахнул рукою. Телеги сдвинулись на обочину, пропуская бронемашину. Благодарно прохрипев сигналом, она медленно объехала растянувшийся обоз и скрылась за поворотом. Повернувшись к Ракутину, Григорий коротко пересказал ему содержимое своего разговора с офицером.
- Эх! - вздохнул Шадрин, вертя баранку. - Врезать бы по ним сейчас из пулемётов! На кусочки покрошили бы всех!
- Не всех… - младший лейтенант поудобнее устроился на своём месте. - Кто-нибудь успел бы убежать. Добрался бы до пушек, а там телефон есть. Что дальше было бы, подсказать? Не забывай - нам ещё путь неблизкий предстоит!
- Да понимаю я всё, товарищ командир… Только обидно их вот так, просто, отпускать!
- Не переживай. Ещё настреляемся…