— Меня зовут Филлис Ходжес. Я работаю в «Бейландской газете».
Пока Билл изучал ее журналистское удостоверение, Филлис заглянула ему через плечо и увидела, что в гостиной сидят лейтенант Ференс и Ларри Тиллман. Филлис помахала Уолтеру рукой, и тот кивнул в ответ.
— Мне жаль, но разговора не получится, — сказал Билл.
— Вы родственник убитой? — скороговоркой спросила Филлис, едва удержавшись, чтобы не вставить ногу в дверной проем.
— Она моя сестра. А теперь извините, но…
— Я вижу, у вас полиция. Ничего, я подожду.
Уходить Филлис не собиралась.
— Ради бога, оставьте нас в покое!
Невзирая на ее протесты, Билл захлопнул дверь и обернулся к Уолтеру Ференсу, терпеливо ожидавшему на стуле. Ларри Тиллман стоял возле окна, разглядывая толпу любопытствующих, собравшуюся возле дома.
— Эти чертовы репортеры вечно суют свой нос куда не надо, — буркнул Билл.
Уолтер сочувственно покивал головой:
— А теперь, мистер Эмери, мы хотели бы выяснить еще несколько моментов. Насчет вашей сестры. Вы сказали, что она сама решила снять комнату в мотеле.
Билл нервно снял с каминной полки фарфоровую статуэтку пастушки и тут же поставил ее на место.
— Да, она говорила что-то такое про деловую поездку. Мол, расходы на гостиницу будут вычтены из ее налогов.
Уолтер снова кивнул.
— Гленда! — позвал Билл, и из соседней комнаты высунула голову его жена. — Сделай-ка нам кофе.
— Мне не нужно, — твердо отказался лейтенант. — А чем вы занимались прошлой ночью?
— В каком смысле? Я вчера допоздна работал. У себя в магазине.
— Вы были один?
— Нет, со мной была одна из продавщиц.
— Имя?
Билл хотел было возмутиться, но передумал.
— Кристина Бишоп.
Уолтер сделал пометку в блокноте.
— Хорошо. Теперь скажите, как фамилия людей, которые удочерили ребенка вашей сестры.
— Ньюхолл, — огрызнулся Билл. — Я вам уже говорил.
В комнату вошла Гленда.
— Милый, извини. Я должна сбегать в аптеку и взять для мамы лекарство.
— Валяй, — раздраженно буркнул Билл.
Гленда с любопытством посмотрела на полицейских и направилась к выходу.
— Вы что же, не знали о беременности вашей сестры перед тем, как она сбежала? — спросил лейтенант.
— Не знал. Но какое это имеет отношение к тому, что какой-то псих прикончил мою сестру и засунул ее в мусорный бак?
Уолтер захлопнул блокнот и встал.
— Ладно, пока достаточно. Спасибо за помощь, мистер Эмери. С вашей матерью мы поговорим позднее.
Билл, немного успокоившись, проводил полицейских до двери.
— Рад, если смог вам помочь.
Он смотрел из окна, как полицейские садятся в машину. Как только автомобиль отъехал, Билл быстро набрал телефонный номер.
— Спортивный магазин «Шейн», — раздался в трубке хрипловатый голос Труди, кассирши.
— Кристину Бишоп, — сдавленным голосом попросил Билл.
— Билл, это ты? — удивилась Труди.
— Что, простите? — изобразил он недоумение.
— Извините. Сейчас позову.
Билл чувствовал, что подмышки у него взмокли от пота. Наконец трубку взяла Кристина.
— Кристина Бишоп слушает.
— Слушай, Кристина, — скороговоркой начал Билл. — Во-первых, никто не должен знать, что ты разговариваешь со мной.
— О'кей, — удивилась Кристина.
— К тебе может обратиться полиция. Дело в том, что убили мою сестру.
— Ой, Билл, какой ужас!
— Черт, я же сказал тебе: не произноси вслух мое имя!
— Извини.
— Я сказал им, что вчера допоздна работал в магазине. Вместе с тобой. Поняла?
— Да. Наверно, поняла…
— Если же они будут спрашивать про мотель «Джефферсон», ты в жизни про такой не слыхивала.
— Но почему? — жалобно спросила Кристина.
— Потому что я тебе так говорю.
В трубке наступило молчание, потом тихий голос грустно сказал:
— Хорошо. Ладно. Только не сердись.
Билл стиснул кулак и мысленно досчитал до десяти, чтобы успокоиться.
У Марго Хофстедер ёкнуло сердце: в холл мотеля вошли двое полицейских, один в форме, другой в штатском. Выглянув в окно, Марго увидела, что на стоянке ждет еще один автомобиль, а возле него топчутся еще двое полицейских.
— Чем могу помочь? — спросила она.
— Вы менеджер? — спросил Ференс.
— Я хозяйка. Меня зовут Марго Хофстедер.
— Мисс Хофстедер…
— Не «мисс», а «миссис».
— Насколько нам известно, у вас остановилась женщина по имени Линда Эмери.
Марго провела толстым пальцем по книге постояльцев.
— Да, она и сейчас у нас живет. Что-нибудь случилось?
Уолтер и Ларри переглянулись.
— Боюсь, мисс Эмери мертва. Ее убили минувшей ночью, — сообщил Уолтер.
Марго схватилась за сердце:
— Здесь, в мотеле?!
— Мы не знаем, где именно. Нам нужно осмотреть ее комнату. На лице хозяйки выступили красные пятна.
— О господи, — причитала она, доставая трясущимися руками ключи. — Только бы не у меня, только бы не в моей гостинице…
— Это пока неизвестно, — сказал Уолтер. — Нужно произвести осмотр.
— Конечно-конечно.
Марго выкатилась из-за прилавка, звеня многочисленными браслетами и ключами. Пока они втроем шли по коридору до номера 173, она трещала без умолку:
— Я не могу в это поверить! В моей тихой, семейной гостинице! Об этом напишут все газеты! Господи, какой ужас! Просто кошмар!
Возле двери сто семьдесят третьего она прошептала:
— Это здесь.
— Откройте, пожалуйста.
Дрожащими пальцами Марго вставила ключ в скважину, повернула, распахнула дверь и тут же отскочила назад, словно убийца мог броситься на нее из засады.
Первым в номер вошел Ларри, включив свет. За своим подчиненным последовал Уолтер, сразу начавший оглядываться по сторонам.
— Там кровь есть? — пугливо спросила Марго, оставшаяся в коридоре.
Ларри, успевший заглянуть в ванную, вернулся и отрицательно покачал головой. В комнате царил беспорядок, но было ясно, что убийство произошло не здесь.
— Нет, здесь все чисто, — сказал лейтенант.
— Слава богу! — воскликнула Марго с оттенком разочарования. Теперь она осмелилась заглянуть в комнату.
— Когда у вас делают уборку? — спросил Уолтер.
— Обычно в час дня. Но уборщица все время опаздывает, — виновато ответила хозяйка.
— Очень хорошо. Двое моих людей пороются в вещах убитой. Никому в комнату не заходить, пока они не закончат.
— Я понимаю, — заговорщицки кивнула Марго. — Здесь могут находиться улики, и вы не хотите, чтобы они исчезли.
— У мисс Эмери были какие-нибудь посетители? — спросил Уолтер. — Вы кого-нибудь здесь видели?
Марго сокрушенно покачала головой:
— Видите ли, я стараюсь не вмешиваться в частную жизнь своих постояльцев.
— Кто-нибудь ее спрашивал?
— Если бы спрашивал, я бы запомнила. Нет, никто ею не интересовался. Вам нужно поговорить с ночным портье. Вдруг он что-нибудь вспомнит?
— Где его найти?
— Думаю, он еще спит у себя в комнате.
Эдди услышал стук в дверь и с головой завернулся в простыню, мысленно посылая стучавшего к черту.
— А пошел ты… — пробормотал он.
В комнате из-за задернутых наглухо штор было темно. Понять, который теперь час, было невозможно. В это время из-за двери послышался голос Марго:
— Эдди, открой! Тут полиция.
Возможно, кому-то приходилось пробуждаться от сна и при более скверных обстоятельствах, но Эдди в этом сомневался. Он вылез из-под простыни, снял со спинки стула штаны и включил свет в ванной. Его лицо было мертвенно-бледного оттенка.
Наскоро сполоснув лицо и шею, он зашлепал к двери и отодвинул засов.
В коридоре стояли двое полицейских, вглядываясь в полумрак. Помятое лицо Эдди казалось им каким-то расплывчатым пятном.
Марго неодобрительно нахмурилась: