ДЕДУШКИН. Как дорого быть обычным наркоманом! Вот у меня, по правде сказать, Танечка попивает. Доченька моя. Но чтобы наркотики – ни-ни. Даже и в мыслях никогда. Детские книжки, знаете ли, Алиса в стране чудес, Хижина дяди Тома. А сколько стоят две бутылки водки в день? Ну, пятьсот рублей. Ну, тысячу. Но не эти же безумные доллары!
ТОЛЬ. А сколько по времени занимает лечение?
ГОЦЛИБЕРДАН. Месяц. Минимум месяц.
ТОЛЬ. Значит, нужно минимум тридцать тысяч американских долларов.
ГОЦЛИБЕРДАН. Именно так. Тридцать тысяч. Или больше, если лечение затянется.
ТОЛЬ. Внимание, господа. Сейчас мы должны ответить на вопрос, готовы ли мы оплачивать лечение нашего друга Игоря. Ясно, что его семья этого делать не будет.
ДЕДУШКИН. Мы? Оплачивать?
ТОЛЬ. Разумеется. Я сразу хочу сказать, что готов давать сто долларов в день. Из моих личных доходов. Не меньше. Но и не больше. Я все-таки руковожу государственной Корпорацией вечной жизни. У меня сорок восемь всяких проверок в год. И если я буду тратить на лечение Игоря больше ста долларов в день, проверяющие этого не поймут. Они сообщат президенту, что у меня есть теневые доходы. И мне придется долго потом доказывать, что это не так.
ДЕДУШКИН. Что вы, Боренька! Все же знают, что у вас нет никаких теневых доходов!
ТОЛЬ. Все знают. Но доказывать все равно придется.
Вздох.
Гоц?
ГОЦЛИБЕРДАН. Я готов был бы дать пять тысяч за всё про всё. Но сейчас не могу, увы. Начал ремонт подвесного потолка в сауне. Надо закончить. Нельзя входить в сезон без рабочей сауны.
ТОЛЬ. А вы, профессор?
ДЕДУШКИН. Я? У меня, признаться, сауны никакой нет. Здесь, в Горках семнадцатых, точно нет. То есть, там, в Горках семнадцатых. На минфиновской даче. А что будет на Новой Риге, в бывшем военном городке – пока, честно сказать, и не знаю. Супруга там с архитектором занимаются.
ТОЛЬ. Я имею в виду немножко другое. Вы готовы были бы финансово участвовать в лечении Игоря?
ДЕДУШКИН. Финансово? Финансово.
Пауза.
Зарплата профессорская пятнадцать тысяч рублей. Плюс надбавки, стаж, выслуга лет. Набегает, понимаете ли. Мы с супругой живем нормально. Не жалуемся. Мы ж такие голодные времена видели. Вы, ребятки, таких и не видели.
ГОЦЛИБЕРДАН. Еще увидим, профессор. Главный голод у нас впереди.
ДЕДУШКИН. Я готов был бы дать, сколько есть. Тысячу рублей, например. Даже две тысячи рублей готов был бы дать. Но сейчас такая ситуация. Внучка моя, Алисочка, едет в Южную Африку. На майские праздники. Ненадолго. Дней на десяток. На слонов немного поохотиться. Учеба у нас в Академии очень трудная, вы же знаете. А когда стреляешь в слонов – расслабляешься. Глубокое расслабление. Выстрелил слону в хобот – и так расслабился, что даже смех разбирает. Вот мы и собираем деньги, чтобы Алисочка поехала в Южную Африку. Можно, конечно, гроши эти профессорские забрать и сделать, чтобы внучка моя никуда не ехала…
ТОЛЬ. Не надо, профессор. Спасибо. Пусть едет в Южную Африку.
ГОЦЛИБЕРДАН. Поголовье слонов в последние годы опасно увеличилось. Слоны вытаптывают посевы и нападают на придорожные кафе. С этим надо что-то делать. Пусть едет.
Пауза.
Удивительно. Когда-то Россия была родиной слонов. И вот уже за слонами надо ехать в Южную Африку. Какую страну развалили, суки!
ТОЛЬ. Итак, мы видим ясно, что не сможем профинансировать излечение Игоря. Следовательно, второй вариант отпадает.
ГОЦЛИБЕРДАН. Второй вариант помощи нашему другу Игорю в критической ситуации отпадает.
ДЕДУШКИН. Нашему другу! Священное слово – друг. Сколько лет на свете живу, ничего более священного не слыхал.
ТОЛЬ. Гоц!
ГОЦЛИБЕРДАН. Да, Борис Алексеевич.
ТОЛЬ. У нас есть третий вариант?
ГОЦЛИБЕРДАН. У нас есть третий вариант.
ТОЛЬ. В чем он состоит?
ГОЦЛИБЕРДАН. Он состоит в том, чтобы дать нашему другу Игорю возможность принять яд.
ТОЛЬ. Чтобы не мешать ему?
ГОЦЛИБЕРДАН. Чтобы не мешать.
ТОЛЬ. Что думаете, профессор?
ДЕДУШКИН. Вы говорите уже про какой-то другой вариант?
ГОЦЛИБЕРДАН. Мы говорим про третий вариант. Не мешать Игорю Тамерланычу принять яд.
ДЕДУШКИН. Разве Игорю Тамерланчу можно помешать? Это было бы неудобно. Страшно неудобно. Я бы сказал.
ТОЛЬ. Значит, профессор, вы поддерживаете третий вариант?
ДЕДУШКИН. Уже третий вариант? Как быстро летит время!
ТОЛЬ. Оно летит действительно быстро. Потому я и прошу вас. Вы – наш главный моральный авторитет. Вы – совесть русского либерализма. Потому вы должны сказать, поддерживаете ли третий вариант. Без вашего слова мы не сможем перейти к действиям.