— Не будем, не беспокойся! Вообще не факт, что мы будем появляться здесь по ночам. — Настя хитро подмигивает мне.
— Говори за себя. — Бросаю в ее сторону укоризненный взгляд, но при этом уголки губ сами приподнимаются.
— А что такого? Разве мы не приехали сюда для того, чтобы хорошенько оторваться?
— Для того. Только не впутывай меня в свои курортные романы.
— И меня, — закатывает глаза Злата. — Не хочу знать подробностей.
— А вот я хочу, — усмехается Дана. — Особенно о том, кто же завоюет сердце нашего красавчика-экскурсовода.
Настя сразу же оживляется:
— Ты про Фила? Скажи, он классный!
Боже…
Мои пальцы начинают дрожать при упоминании этого имени.
Дорога к столовой и завтрак проходят за обсуждением синеглазого сибиряка. Девочки просто не могут остановиться.
Настя сокрушается, что уехала из Новокузнецка поступать в Ростов-на-Дону, а не в Томск — тогда они с Филиппом могли бы учиться в одном университете.
Дана составляет рейтинг самых красивых парней смены, поставив шатена на первое место.
Даже Злата вставляет пару слов о том, как он хорошо говорит и как много знает.
И только я сижу молча, запивая кофе свои сырники, потому что мои попытки сменить тему провалились.
Неужели сегодня в Филиппа влюбились все девчонки из нашего автобуса?
Почему они не обратили внимание на других парней? Некоторые из них показались мне очень даже симпатичными.
Но для Насти, Даны и Златы как будто остался один мужчина на земле. Остальных выкосил зомби-апокалипсис.
Больше не в силах слушать эти разговоры и тем более участвовать в них, я оглядываю интерьер столовой. Он довольно современный и яркий: оранжевые стены, белые столы, желтые пластиковые стулья.
А когда становится совсем скучно, поднимаюсь и заявляю девочкам:
— Вы как хотите, а я на пляж.
— Ага, мы догоним, — бросает мне Настя.
Стараясь больше не терять ни минуты, я отношу поднос с пустой тарелкой и чашкой и буквально выбегаю из столовой.
Солнце поднимается выше, так что, если я не хочу попасть в самый ад, надо торопиться.
Только куда идти? Я же вообще не знаю территории.
Оглядываюсь по сторонам в поисках указателей.
Наташа говорила, они здесь повсюду, и, к счастью, я вскоре убеждаюсь в ее правоте. На ближайшем перекрестке асфальтированных дорожек нахожу знак и прибитую к нему табличку со стрелкой и надписью «Пляж».
Дорожка ведет куда-то вниз, а значит, направление правильное. Я перехожу на бег и после арки, проходящей под железной дорогой, достигаю места назначения.
Передо мной открывается пейзаж, от которого захватывает дух. Тот самый, что я видела утром.
Ну, привет, море! Мы снова встретились.
От него меня отделяет лишь узкая полоска земли, покрытая круглой галькой.
Я бегом преодолеваю эту преграду, на ходу сбрасывая босоножки, шорты и топ. Рюкзак кидаю где-то рядом и остаюсь в одном купальнике.
Вода оказывается именно такой, как я себе представляла. Прозрачной, бодрящей, но не холодной.
Она нежно касается моих ног, и я не могу сдержать улыбку, глядя на то, как перекатываются мелкие камешки. А потом начинаю заходить глубже, постепенно привыкая к температуре.
Сегодня на море штиль.
Ни ветра, ни белых барашков. Полное спокойствие.
Останавливаюсь примерно по плечи в воде, закрываю глаза и пытаюсь почувствовать это ощущение. Так здорово — качаться на легких волнах.
Но резко открываю, когда на меня обрушивается миллион брызг.
И вижу перед собой… того самого парня, от которого хотела отделаться.
Опять он!
Глава 6
Когда Филипп выныривает из воды, моему взгляду предстает его накачанный торс. Мелкие капли катятся по широким плечам и мускулистой груди.
У меня перехватывает дыхание. От неожиданности, от возмущения или от увиденного — сама точно не знаю.
Этот парень точно занимается спортом. Явно давно. Но каким? Плаванием? Теннисом? Или ходит в спортзал?
Опомнившись через пару секунд, отвожу взгляд в сторону.
Нельзя так откровенно пялиться. Еще заметит, а мне не хочется слишком уж льстить его самолюбию.
Филипп убирает со лба мокрые волосы и, кажется, только сейчас обращает внимание на меня. Его губы трогает усмешка.
— О! Вот мы и встретились снова, амазонка, — лукаво произносит он. — Или, скорее, русалка?
— Вообще-то у меня есть имя, — раздраженно отвечаю я.
— Правда? Тогда, может, представишься?
Услышав эти слова, я прикусываю язык.