Выбрать главу

Филипп вежливо отвечает Злате, хотя иногда поворачивается ко мне, словно хочет что-то сказать. Но для личных разговоров сейчас слишком много свидетелей.

Паша тоже не скучает. Вместе с ним пришел парень, которого я не знаю. Загорелый тип с ультракороткой стрижкой. Ухмылка на его лице мне совсем не нравится.

Они оба периодически бросают на меня пристальные взгляды, отчего хочется немедленно телепортироваться обратно в лагерь.

Понятия не имею, где Паша умудрился найти такого приятеля. Раньше наш круг общения был общим.

Хотя я наверняка ошибалась. Если Паша клеил девушек в тайне от меня, то мог завести и тайных друзей.

Из головы не выходит вопрос: как он вообще оказался с нами на «Жемчужине»? Неужели это просто совпадение?

Может, Паша со своим другом случайно записались на тот же рейс, что и мы. Но, может, они каким-то образом узнали о нашем плане. Все выглядит очень подозрительно.

В рубку к капитану от них не сбежишь, потому что там разместилась компания еще из трех человек. Кажется, они из Самары. По крайней мере, их лица я уже где-то видела. Вероятно, во время «Веревочного курса».

Впрочем, отправиться на морскую прогулку предложили мы с Настей. В очередной раз убеждаюсь, что инициатива наказуема.

Я решаю поменьше думать о людях и побольше о природе. А потому поворачиваюсь к поросшим лесом горам, которые крутыми обрывами уходят в море.

Тем временем из динамиков звучит приятный женский голос:

— Эти места — излюбленные места обитания степных чаек, больших бакланов и, конечно же, буревестников. Посмотрите сейчас направо. Если приглядитесь, то сможете рассмотреть на утесе гнезда чаек.

У побережья действительно кружит множество птиц. Иногда они пикируют к воде, а потом на мгновение ныряют и вновь взмывают в небо. Если кому-то повезло поймать рыбу, остальные с криками тут же летят вслед, пытаясь ее отобрать.

Часть из них устремляется за нашим катером.

— Простите, ничего нет. — Я показываю чайкам пустые руки.

— А у меня есть! — Дана достает из сумки булочку, которую, видимо, забрала с завтрака.

Она отламывает кусочек и подбрасывает в воздух. Одна из чаек ухитряется поймать его прямо на лету!

— Ого! Не знала, что они так умеют, — говорю я.

— Они много всего умеют. — Дана протягивает мне часть булки. — На, попробуй!

Я кидаю кусочек, и вторая чайка тоже ловит хлеб. Ни одна крошка не падает в воду!

Возле нас в ту же секунду появляется Настя со словами:

— Дайте-ка я это сниму!

Мы продолжаем со смехом кормить птиц, а остальные наблюдают за неожиданным представлением.

Практически никто уже не слушает голос из колонок, хотя между возгласами все-таки доносится женский голос:

— В Черном море водятся три вида китообразных — афалина, белобочка и азовка. Первые два являются дельфинами, а третий принадлежит к семейству морских свиней. В отличие от дельфинов, у них более коренастое тело и маленький нос…

— Смотрите, вот они! — вдруг кричит Настя, отошедшая к противоположному борту.

— Кто? — Костя непонимающе смотрит на нее.

— Дельфины!

Глава 57

— Дельфины!

— Где? — Мы одновременно вскакиваем со своих мест.

— Там!

Настя указывает пальцем прямо перед собой. Однако я ничего подобного не вижу.

Бесконечная гладь воды теряется где-то за горизонтом, и лишь рябь волн нарушает спокойствие моря.

Но вдруг синее полотно прорезает темный плавник. Он тут же исчезает, однако за ним появляется еще один! И еще!

И правда дельфины!

— Да их целая стая! — восклицаю я.

— А вдруг это акулы? — усмехается странный друг Паши. — Приплыли, чтобы нами пообедать.

— Нет. Из акул в Черном море есть только катраны. Они гораздо меньше, — парирует Дана. — Так что это дельфины.

Просто удивительно!

Раньше я видела их лишь в дельфинарии. Там им приходилось по команде дрессировщика прыгать через кольца и рисовать картины, держа во рту кисточку.

А здесь эти чудесные животные в своей стихии. Они полностью свободны. Могут делать то, что пожелают, а не то, что от них требуют.

Словно услышав мои мысли, один из дельфинов выныривает из воды. Он показывает грациозное тело со светлым пятном на боку, а затем вновь скрывается в глубине, поднимая брызги.

Ребят его прыжок тоже восхищает. Они никак не могут остановиться: