Филипп достает из рюкзака свою джинсовую куртку и накидывает на мои плечи. Она велика как минимум на несколько размеров, но выглядит очень уютной.
— Спасибо. — Я тут же укутываюсь в нее.
— Может, ты еще и проголодалась?
— Не откажусь от чего-нибудь.
— У меня только вода, хлебцы и шоколад. Брал с собой в поход.
— Годится, — улыбаюсь я, и вскоре мы принимаемся за еду.
Наверное, кому-то наш импровизированный ужин покажется крайне скромным. Никакого ресторана, блюд высокой кухни, свечей и официантов, кружащих вокруг, словно мотыльки.
Но это самый романтичный ужин в моей жизни. Есть особенная радость в том, чтобы сидеть ночью на пляже и слушать шепот волн вместе с человеком, к которому испытываешь море чувств.
Такое счастье не купить ни за какие деньги. Его не заменят золото, бриллианты и миллиарды на банковских счетах.
И даже горький шоколад сейчас кажется невероятно сладким. Но губы Филиппа еще слаще. Я вновь пробую их на вкус, когда он наклоняется ко мне, и отвечаю со всей страстью.
Сама не понимаю, как могла отказываться от этого? Как могла убегать и прятаться?
Наверное, я была не в себе, потому что никто в здравом уме не сказал бы «Нет» взаимным чувствам настолько огромной силы.
— Знаешь, ты — моя первая любовь, — внезапно признается Филипп, отстраняясь через пару минут.
— Ты же шутишь, да? — удивляюсь я.
— Не веришь?
— Ни капельки! Не может быть, чтобы ты не встречался с девушками.
Филипп совсем не похож на неопытного мальчишку. Те обычно боятся подойти, а он напористый и прямолинейный. Я ни разу не видела его смущенным. Да и танцевал на дискотеке он со знанием дела.
Тут явно что-то нечисто.
— Встречался. Просто я не испытывал ни к кому особых чувств. — Филипп переводит взгляд на огни кораблей. — Девушки всегда бегали за мной сами. Я начинал отношения с теми из них, к кому тоже испытывал хоть немного симпатии, но из этого ничего не выходило. Попробовал один раз, второй, третий…
Как я и подозревала, у него есть прошлое. Более богатое, чем мое.
— А что потом?
— Потом я забил. Решил, что любовь не для меня. Ушел в учебу и спорт. Стал выступать на конференциях, много бегать, часто ходить в качалку.
Вот, значит, почему Филипп такой сильный. А я-то думала, как ему хватает времени на все?
— Но ты изменил свое мнение.
— Да. Когда встретился с тобой.
— То есть когда я побила тебя на вокзале? — вспоминаю я наше знакомство, которое испортило недоразумение с чемоданом. — Прости за это.
Лучше поздно, чем никогда.
— Да ничего. Я все понимаю, — улыбается Филипп. — Просто ты повела себя не так, как другие девушки. Заинтриговала меня. А когда танцевала на сцене в день открытия, я понял, что попал. Раньше не хотелось никого добиваться, но в тот момент захотелось. Впервые.
— Знаешь, ты вел себя очень уверенно.
— Потому что мне по жизни многое давалось легко, даже задачи со звездочкой на олимпиадах. Только с тобой легко не вышло.
— И не выйдет, — усмехаюсь я.
— Это угроза?
Он придвигается ближе, и его горячее дыхание вновь согревает мои щеки.
— Нет, всего лишь предупреждение. Не жди, что сможешь расслабиться.
— А я и не жду. С тобой каждый день — американские горки.
— Что поделать, — развожу руками я. — Какая есть, такая есть.
— Именно такой ты мне и нравишься.
Мы улыбаемся друг другу, а потом я краем глаза замечаю необычную вспышку в небе. Она исчезает, едва успев появиться.
— А это случайно не звезда сейчас упала? Забыла название метеорного потока.
— Альфа-Каприкорниды, — подсказывает Филипп. — И да, сегодня он должен быть виден.
— Значит, можно загадывать желания?
— Если хочешь.
Глава 79
Устроившись на пледе поудобнее, мы начинаем наблюдение. Но пока ничего особенного не происходит. Ни одна из звезд не срывается со своего места вслед за той, что растворилась во мраке ночи.
— Где же они? — спрашиваю я, уже немного скучая.
— Наберись терпения, — советует Филипп. — Поток медленный. Мы не увидим больше пяти метеоров за час.
— Так мало?
— Да. Но зато они будут яркими, и их можно будет рассмотреть в подробностях. Точно успеешь загадать желание.
— Ладно, — соглашаюсь я.
Хорошо, если существует компенсация за долгое ожидание.
— Вообще-то метеоры — это не небесные тела, — объясняет Филипп.
— А что тогда?
— Светящиеся следы, которые мы видим, когда в атмосфере сгорают частички космической пыли.