— Великий герой с пустым кошелем — это всего лишь красиво одетый нищий, — философски парировал Мин, пряча полученную набросанную от руки карту. — А я, как можешь заметить, даже не красиво одет. К тому же, информация стоит дороже золота, если знаешь, как ей пользоваться.
— Я прекрасно знаю в какой части Запретной Зоны искать Лотос, и как до неё добраться.
— И, конечно же, ты предусмотрела, что восточнее обитают шипастые твари с парализующим ядом. — Мин изучал записи, которые выторговал за талисманы. — И что из Глубокого кольца выходят пламенные тигры. О, и, конечно же, тебе известно о трёх участках с цветами, чья пыльца, попадая в лёгкие, прорастает в них и моментально убивает.
Девушка фыркнула и лишь ускорила шаг, Мин продолжил перечислять все самые опасные испытания, что могли встретиться впереди, естественно о доброй половине из них Шань Яо и не слышала.
К полудню разлитая в воздухе ци сделалась откровенно хаотичной, так что они решили устроить привал в надежном укрытии между двумя накренившимися скалами. Мин достал из пространственного кольца жесткое вяленое мясо вместе с флягой чистой воды и протянул часть своей спутнице. Та ожидаемо отказалась и достала свою воду.
Проглотив солоноватый кусок, юноша откинулся спиной на прохладный камень и повернул голову.
— Знаешь, я тут всё думал, — начал Мин с самым невинным видом, скрывающим откровенно пляшущие в темных глазах смешинки. — Тогда, на площади Серого Пика… Когда я так удачно лишился чувств после подписания договора. Там было много людей. Но почему именно благородная дочь матриарха, презирающая физические контакты, бросилась ловить меня и прижимать к своей груди?
Шань Яо поперхнулась водой.
Девушка судорожно закашлялась и прикрыла рот изящной ладонью в отчаянной попытке восстановить на лице ледяное равнодушие, вот только бледная кожа предательски залилась густым пунцовым румянцем от шеи до самых кончиков ушей. Удар Мина достиг цели. Он намеренно ткнул в её уязвимую гордость.
— Не обольщайся, начертатель! — возмущенно выдавила она, упрямо глядя куда угодно, только не на его самодовольную ухмылку. — Ты падал прямо на битые камни. Кто-то же должен был подхватить идиота, который решил покрасоваться перед двумя армиями, а потом израсходовал все силы и рухнул, как мешок с требухой! Если бы ты разбил себе голову, Павильон потерял бы лицо, позволив своему благодетелю расшибиться у всех на глазах! Это был вопрос чести секты, и ничего более!
— Разумеется, — Мин понимающе закивал, хотя его губы так и остались растянуты в улыбке. — Честь секты. Это всё объясняет. Особенно то, как крепко ты за меня держалась.
— Замолчи и ешь своё безвкусное дешевое мясо! — прошипела Шань Яо, резко отворачиваясь к тропе, хотя её пылающие щеки говорили сами за себя.
Мин тихо рассмеялся и одним текучим движением поднялся на ноги. Глубокое кольцо ждало их впереди, и бушующий внутри девушки аномальный холод уже начинал сказываться на ее ауре, поскольку Мин своим обостренным после прорыва чутьем абсолютно ясно различал эти расползающиеся тонкие нити ледяной ци, которые безжалостно оплетали чужие каналы и с каждым шагом подбирались всё ближе к сердцу.
На заброшенном участке Глубокого кольца местность изменилась. Стебли духовных трав оказались срезаны под корень с такой точностью, будто здесь поработали остро заточенным клинком, а не потоптался дикий зверь. Мин остановился возле расколотого валуна. Редкую металлическую жилу вытащили из породы целиком, оставив на камне лишь гладкие борозды и ровную круглую подпалину. Рядом в сырую землю вдавилась цепочка следов из шести тонких точек.
— Похоже на работу мастера-ремесленника, — Мин присел на корточки, растирая пальцами серую золу. — Но здесь нет человеческих отпечатков, остатков костра или брошенной еды. Тот, кто это сделал, не нуждается в привале. И, судя по всему, он движется к той же глубинной области.
— Не отвлекайся, — холодно бросила Шань Яо, скользнув быстрым взглядом по следам. Морозная бледность на её щеках выдавала то, что чужеродная ци внутри не давала ей покоя. — У нас нет времени изучать чужие следы.
Мин промолчал, хотя был не согласен. Что-то в этих следах не давало ему покоя. Перед тем как выпрямиться, он нащупал в каменной крошке крохотную металлическую заклёпку и незаметно спрятал её за пазуху. Духовное чутьё уловило внутри этого куска мусора сложнейший замкнутый контур циркуляции, что лишь добавляло загадку к тому, кто шел перед ними.