Неожиданно перед глазами возник стакан с водой, и я, чуть не расплескав половину, схватила его и одним махом осушила. Конечно, одного стакана оказалось мало, чтобы потушить этот пожар у меня во рту, поэтому пришлось выдуть три.
— Ну как же ты так, маленькая моя землянка, — ворковал надо мной Радж. У меня даже слёзы литься перестали от завораживающего тембра голоса и ласковых прикосновений его рук. И вообще, я вдруг осознала, что стою близко-близко к нему, задрав лицо для того, чтобы ему удобнее было смывать последние слезинки.
Радж плавными неторопливыми движениями обмакивал салфеткой моё лицо, убирая остатки слёз, при этом почему-то рассматривал меня. Рассматривал, и как мне казалось, — любовался. Я никогда не считала себя красавицей, по сравнению с той же Мариной я была серой мышкой. Но стоя перед этим мужчиной, я чувствовала себя прекрасной принцессой, ради внимания которой готовы сражаться рыцари всех соседних королевств. Не понимаю, чем я могла заинтересовать его, но видела и его интерес, и то, что он с неохотой отошёл от меня на шаг, когда с утренним незапланированным душем было покончено.
Чуть позже мы вновь сели за стол. Радж принёс новую порцию для меня, сам, открыл, размешал как надо и, немного попробовав, вручил мне. А я совершенно некстати вспомнила Костикова. Вот угораздило же меня тогда выйти за него замуж. Мама всё боялась умереть, не увидев меня пристроенной. Ну вот и пристроили меня. А по итогу, я оказалась в свои неполные двадцать пять с двумя детьми и без малейшей поддержки со стороны.
Стоит ли удивляться, что я, кажется, втрескалась в этого чудесного инопланетянина?
Хватит уже себе врать. Его забота и неподдельное беспокойство о нас тормошили мою душу, заставляя сбрасывать с себя ледяные оковы одиночества. Столько лет показывать всему миру, что я и сама со всем справлюсь, а потом открыть для себя, что ни капельки не стыдно, когда кто-то тебе помогает одеться, перемешивает твою порцию или вытирает твои слёзы. Что женщине иногда можно побыть слабой, и никто не станет в тебя пальцем тыкать, обвиняя в несостоятельности.
— У нас на планете, — неожиданно прервал мои размышления Радж, — как и в других колониях Изира, питаются по большей части растительной пищей. Хотя, конечно, и без животной не обойтись. Но на Изюме огромное количество разнообразных фруктов и овощей. Они растут везде. Практически нет видов, которые могли бы произрастать в какой-то конкретной области. Но у нас и климат на планете более равномерный. Я думаю, вам бы понравилось на Изюме.
— А как долго до него лететь? — я размешивала вязкую сероватую массу и не представляла, как смогу сейчас хоть ложку проглотить. Разговаривать выходило и то с трудом.
— Примерно два земных месяца. Вам бы как раз хватило времени на освоение языка, — с хитринкой улыбнулся Радж.
— Ой, я и забыла, что на мне ваш переводчик, — пришлось срочно делать вид, что не обратила никакого внимания на реплику Раджа. Вот зачем он меня подталкивает? Я ведь так и согласиться могу. — А как много языков на Изюме?
— Один. Все народы Изира общаются на едином языке. Исключением являются только жрецы — они общаются на древнем. Его у нас почти не используют.
— Как удобно! — восхитилась я, на секундочку представив Землю, объединенную одной речью. Вот это было бы чудесно.
Сама я нигде, кроме своей страны и не была, но у нас в универе было много иностранных студентов, которым порой очень трудно было осваивать всю программу обучения на чуждом языке.
— А у вас есть разделения на страны, — тут же поинтересовалась я, с трудом ворочая языком, — мультик про собачку Соню помните?
Извечное любопытство так и норовило подсунуть новый вопрос, а я только диву давалась, как транслятор Раджа меня понимает и верно ему всё переводит.
— Я дам тебе визор, с ним ты быстро освоишься. И думаю, стоит попросить Александра, чтобы он забрал из вашей квартиры тот, с помощью которого ты со мной разговаривала. Тогда будет возможность быстрее освоиться и у твоих детей… Конечно, если вы всё же решитесь. Извини, Света, я, кажется, слишком давлю.
На некоторое время за столом повисло неловкое молчание. Столько всего неясного было в нашем будущем. Ещё вчера мы дружно собирались с детьми рвануть на материк и зажить нормально там. А теперь я хочу потянуть своих приёмышей за собой в полную неизвестность.