— Ты тут не нужна никому. Тебя приютили как бездомную собаку. Будь благодарна, что папаша мой такой слизняк. Попробуешь рот открыть, — он крепко сжал руку, но Алиса не шелохнулась, — я устрою тебе тут адскую жизнь.
Лицо Марка пошло красными пятнами. Он отпустил ее руку и вышел из кухни. Когда дверь в его комнату захлопнулась, она услышала, как он швыряет вещи.
На протяжении всей ночи Алиса слушала, как Марк стучит ей в стену, монотонно, неотступно. Заснуть она так и не смогла. Дважды вставала проверить закрыта ли на замок дверь в комнату. В туалет тоже не ходила. Терпела до утра.
Лежа ночью на диване Алиса несколько раз набирала и стирала сообщения Леониду. Думала, как описать, что у нее за стенкой Марк сходит с ума или хочет свести с ума ее. Поверить в то, что Леонид вразумит Марка, Алиса верила слабо, а вот то, что Марк слетит с катушек, если узнает, что она пожаловалась, верилось легко. Алиса выключила телефон, засунула голову под подушку и стала ждать, когда Марк выдохнется. Он угомонился под утро, а через пару дней вернул сестре долг. Избрав для искупления гнусный и одновременно изобретательный способ.
Глава 8
Если бы Алиса помнила детские годы, то назвала бы себя «счастливым ребенком». Она родилась во Владивостоке в июне. Лето выдалось жарким и дождливым. Родители поженились в сентябре, когда Алиса уже научилась держать голову и улыбаться в ответ на улыбку родителей. Бабушка Женя настояла на заключении брака. Софье недавно исполнилось двадцать. Для отца Алисы это был третий брак.
Папа неизменно называл Алису «сокровищем». Так Алиса себя и ощущала пока росла. Она помнила, как много времени папа проводил дома: играл с ней, водил гулять, учил читать и писать. Он разрешал ей не ходить в детский сад. Алиса каждый раз удивлялась почему мама недовольна тем, что Алиса проводит дни с отцом, вместо того, чтобы в компании незнакомых кричащих ровесников оказываться под присмотром пары женщин. Благодаря тому, что в детский сад Алиса не ходила, ее миновали частые спутники коллективного взросления — вши, остаточный кашель, перерастающий в очередной эпизод бронхита, воровство игрушек, обязательный дневной сон, а так же холодный омлет, и манная каша.
Вместо этого, в ее жизни присутствовали поздние подъему, длинные истории о других странах и море. Как чешется от вшей голова Алиса не знала, зато была прекрасно осведомлена о том, кокой жгучей бывает боль, если вдохнуть соленой воды. Папа разрешал ей купаться всегда, когда она хотела. Мама не разрешала. Поэтому морские купания превратилось в общий секрет Алисы и папы.
Когда купаться было холодно (почти всегда вода в море была такой, что зубы начинали стучать) можно было сидеть на пляже глядя на ленту воды впереди, по которой скользят парусные лодки, похожие на мотыльков. Подставив лицо солнцу, она следила за цветными пятнами плывущими под веками. Всю жизнь бы провести вот так.
А еще можно кататься на катере. Тот перешел во владение папы после раздела имущества во время развода со второй женой.
Всю жизнь отец Алисы связал с морем. Она переняла эту любовь. Когда дочь подросла, папа стал брать ее в море. С юного возраста Алиса знала разницу между сейнером, траулером, ярусоловом и дрифтером, хоть и не справилась бы с произношением этих слов. Вылазки в море тоже нужно было держать в тайне. Первое время Алиса боялась высоких волн, и то как маленькое суденышко с дурацким именем «Одиссей» жутко кренится то в одну, то в другую сторону, и какими густыми бывают брызги от налетающих волн. Как бы старательно отец ее не укутывал, Алиса все равно промокала насквозь.
Папа любил рыбачить. Бывало, мама утром уходила на работу и папа тут же будил Алису. Одевал еще сонную дочь. Стоило ему положить в сумку полотенце, она понимала, что сегодня будет катание на катере.
Алисе никогда не было скучно. Папа был мастером историй. Он говорил, говорил, говорил, буквально забалтывая пятилетнюю дочь.
Всех отцовский улов, Алиса возвращала в море. Ей нравилось наблюдать, как трепыхающаяся на палубе рыба, изящно скользит в воду и исчезает в темной воде. Не нравилось ей, как рыбы разевают рты или дергаются на удочке.