Кристина придумывала хитроумные отговорки для мамы и папы, чтобы проводить время с Оскаром. Но настоящую свободу обретала, когда отец был занят работой, а мама снова отдыхала в реабилитационном центре, где у нее уже было любимое кресло. Тогда после школы, Кристина приходила к нему в кофейню и оставалась до закрытия. Он стоял за стойкой, готовил какой-нибудь флэт-уайт, а она сидела за столом и делала домашнюю работу. Когда в кофейне не было посетителей — они целовались.
Успеваемость Кристины начала страдать от любовного наваждения и недуга Серафимы. Папа велел дочери записаться на дополнительные занятия.
— После одиннадцатого класса отправим тебя учится в Берлин или Мадрид, — описывал он Кристине ее будущее. — А если не хочешь, чтобы я вместо тебя выбирал университет, позаботься об этом сама.
А кто позаботится о Серафиме, подумала Кристина. Папа уже пару раз собирался отвезти маму навсегда в больнице к таким же как она. Кристина и представить себе не могла, что допустив такое, сможет нормально жить.
Кристина выбрала самую простую, по ее мнению, программу подготовительных занятий, чтобы ничто не мешало приглядывать за матерью. Если я что-то упущу, думала Кристина, папа поймет, что я плохо забочусь о маме. Он сдаст ее в дурдом, а меня отошлет подальше в какой-нибудь университет.
На подготовительных занятиях Кристина и встретила Алису. Высокая, причудливо одетая Алиса, произвела странное впечатление. Кристине, глаза новой знакомой показались такими большими, словно она только вчера выпорхнула из гнезда и понятие не имеет, где у мира низ, а где верх.
Озорство, которым сменилась пассивность Алисы к концу второго часа математики, глупое рассуждение о носках математика, позабавили Кристину. Чувство жалости к Алисе быстро переросло в чувство сопричастности. Кристина рада была получить доказательство, что она не пропащая. Приятно говорить с кем-то, кто явно смыслит в жизни еще меньше, чем ты, думала Кристина.
Кристина предложила Алисе сидеть вместе на каждом занятии. Бывший сосед, деливший с Кристиной парту, после больничного был вынужден искать новое место в классе.
Кристина знала как следует улыбнуться одноклассникам, официантам в кафе и кассирам в супермаркете, чтобы получить желаемое.
С выражением лица, полным несбыточных обещаний, она сказала соседу, что ее новая знакомая Алиса будет сидеть на его месте. Голос Кристины выражал надежду, что бывший сосед не против.
Алиса, глядя на этот дешевый трюк, решила, что описанное в книгах коварство женской красоты не выдумка. Юноша, припертый к стенке, беззвучно вздохнул и поплелся в другой конец класса.
Дружба Кристины и Алисы расцвела мгновенно. Духовная близость такого рода часто возникает в казенных заведениях: школах, лагерях, тюрьмах.
Вдвоем, они заглядывали перед занятиями в библиотеку, чтобы съесть, принесенные шоколадные батончики под табличкой: «Запрещено приносить еду и напитки с собой». В музее университета трогали макеты, с надписью: «Руками не трогать». Вечерами не по одному часу разговаривали по телефону друг с другом и обе потом не могли вспомнить о чем был разговор.
Глава 15
Привет, Ма.
Давно задаюсь вопросом, о чем думают люди в последние минуты жизни? Я спрашиваю об этом сейчас, потому что вчера мы с Кристиной чуть не упали с крыши.
После переезда в Петербург, я долго боялась выходить из квартиры. Я была согласна навсегда остаться затворницей, если бы не Кристина. Она ничего не боится и часто зовет меня гулять. В ее компании мне гораздо спокойней. Если бы не она, я продолжила бы думать, что этот город состоит из огромных многоэтажек.
Пару дней назад, она позвала меня гулять. Мы бродили недалеко от Сенной площади и наткнулись на заброшенный старый дом. Парадная (говорю как местная) была заколочена, но окна по обе стороны от входа — разбиты. Внутри оказалась невероятной когда-то красоты голубая ротонда.
Кристина предложила посмотреть на лестницу с колоннами поближе. На ней были сапоги с высокими каблуками. Неудобная обувь для исследований, но Кристина уверена, что в сапогах она неотразима. Я считаю ее неотразимой саму по себе.