— В моей семье никогда не было драк, — сказала Алиса.
— Ты хвастаешься сейчас?
Алиса посмотрела на Кристину, но та махнула рукой и предложила пойти после занятий к Оскару.
— Сделаем ему сюрприз.
Алису бросило в жар. Все это время Оскар и Кристина не общались. Алиса в уголке разума хранила надежду, что их отношения изжили себя. Кристина будет хранить недуг Серафимы втайне столько, сколько сможет, а Оскар слишком ценит простоту и ясность, чтобы терпеть вранье.
«Я ей не мальчик для битья, — сказал Алисе Оскар как-то раз». На Оскара находила сентиментальность всякий раз, когда он брался мастерить свой корабль. Видимо, говорить, когда голос заглушен звуками дрели и пилы для него было самым надежным прикрытием.
Небрежность убивает любовь. Не замечать любимого, когда он перед тобой. Произносить имя любимого, присвоив его себя, потеряв из виду человека, которому имя принадлежит. Забыть о нем в рутине дней. Вспоминать тогда, когда что-то от него нужно. Алиса понимала, что испытывает Оскар. Вину Алисы перед Кристиной это не умаляло.
Как всегда, шли до метро пешком. В начале мая приятно гулять по полупустым улицам. Кристина рассказывала, что маме лучше, и что последний тест по математике Кристина написала на максимальный балл.
Кристина говорила об Оскаре так, будто нет между ними никаких разногласий. Она явится к нему в кофейню или в квартиру, от которой у нее остались ключи, и он будет ей безгранично рад. Кристине нужна хоть одна константа в непредсказуемой переменчивости ее жизни.
А если бы Алиса сперва сказала Кристине, что влюблена в Оскара, подруга поняла бы ее? Этот вопрос не давал Алисе покоя.
— Кристина, — Алиса взяла ее за руку. Она так крепко сжала ладонь подруги, будто это сонная артерия, и стоит ослабить хватку, она истечет кровью. — Мы с Оскаром целовались.
Больно смотреть в глаза Кристине. Алиса чувствовала, как потеет под ее взглядом.
— Прости. Вы поругались. И мы… Ну ты понимаешь… Прости…
Ладонь подруги обмякла, словно Кристина потеряла сознания. Но она продолжила стоять лицом к лицу с Алисой, не моргая и не двигаясь.
— Ты имеешь право злиться, я поступила ужасно. Я не должна была это делать…
Металлическим голосом Кристина спросила:
— Кто кого поцеловал первым?
Алиса почувствовала подвох. Отступила и отвела взгляд.
— Кто? — требовательно повторила Кристина.
Алиса смотрела на мелкую лужу, в которую наступила носком кроссовка. Кристина отдернула руку, словно ее жалили муравьи.
— Ну и дрянь же ты. Оскар твой — мудак. Вы друг друга стоите.
Она развернулась и побежала к метро.
— Кристина!
— Отвали от меня, — не оборачиваясь, крикнула подруга.
– В каком смысле «рассказала Кристине»? Просто сказала правду? Правду? Ты… Я…
Оскар, как загнанный в угол зверь ходил по комнате. Он обрушился с кулаками на каркас корабля и размолотил его до основания.
Алиса, прикрыв рот рукой, стояла у окна и боялась пошевелиться. Она хотела как лучше. Хотела быть честной. Оскар подошел к ней совсем близко, открыл рот, чтобы снова начать кричать, но отошел, словно боялся не сдержаться.
— Алиса, ты не должна была этого делать, не обсудив со мной. Что ты о себе возомнила? — Он схватил толстовку. — Ничего тут не трогай, — строго сказал он, указывая на нее пальцем. — Ты с ума меня сведешь.
Аккуратно переступив деревянные и металлические обломки теперь уже бывшего корабля, Алиса подошла к клетке Мистера Свина и села на пол. В груди ощущение, будто ее утыкали раскаленными булавками.
Оскар вернулся ночью. С видом побитого пса залез под одеяло и не шевелился до утра. С Алисой он не разговаривал несколько дней. Притворялся, что ее не существует, будто она призрак.
Алиса вспомнила, как однажды стояла в пикете у ворот дельфинария во Владивостоке. Они часто устраивали акции возле него, требуя улучшить условия содержания дельфинов. Тренеры, работавшие с дельфинами, любили говорить: «Хочешь наказать дельфина — возьми ведро с рыбой и уйди с помоста». Худшее наказание — это невнимание; настоящая пытка, как для дельфинов, так и для людей.