— Я не намерена тратить столь мощные средства на столь незначительные цели, — почти нежно произнесла Ильвара, но Джорлан знал, сколько за этим тоном скрывается жестокости и силы. — Впрочем, — Ильвара посмотрела на Джорлана и от взгляда ее ярких глаз у него перехватило дыхание, как прежде, когда он не знал, принесет следующее мгновение ласку или боль, — я знаю, как тебе помочь.
Младшая жрица тоже подняла на него взгляд и в нем не было ничего, кроме страха.
***
— Отдать меня в качестве личного охранника женщине, которая страдает от ночных кошмаров. Вы, возможно, не понимаете, но с точки зрения дроу это вершина иронии. Будь я по другую сторону ситуации, я бы даже посмеялся.
***
Госпожа младшая жрица спала, как младенец. В отличие от Джорлана, который первую половину ночи наблюдал за ней, а вторую — пытался понять, какого дьявола она так унижалась из-за высшего восстановления, если оно ей не нужно.
Покои госпожи Вандри располагались в огромном сталагмите, в полостях, выдолбленных дварфами много столетий назад. После роскошных спален Ильвары они казались едва ли не тюремными камерами, настолько скромно были обставлены. На первом этаже только стол, стулья, кухонная утварь в нишах — и Джорлан, как новый предмет мебели, который больше некуда поставить. На втором — спальня младшей жрицы, забитая книгами и бумагами едва ли не до потолка. Госпожа Вандри вела учет проходящих через аванпост товаров, составляла списки необходимого вооружения и запрашивала его в Мензоберранзане, отправляя бумаги с проходящими караванами.
— Как спалось, госпожа Вандри? — спросил он, как только она спустилась утром, чтобы отправиться на службу.
Иронично, но она часто снилась ему самому, эта молодая жрица Вандри. Ее сосредоточенное выражение лица, когда она протягивает руку к его голове, и та немедленно раскалывается от боли. Эти сны всегда заканчивались одинаково — чудовищный лицевой спазм выбрасывал его из видений, и, стиснув зубы, он изо всех сил старался не проронить ни звука, чтобы не выдать слабость спящим вокруг солдатам.
Младшая жрица скосила глаза на спальный мешок, который Джорлан так и не разобрал, и усмехнулась.
— Если Ильвара спросит, скажи, что я кричу во сне о демонах, пожирающих этот мир.
— Как Ним и Сорн?
— Как Ним и Сорн.
Еще до того, как Джорлан потерял лицо и положение на аванпосте, двое солдат вернулись из разведки мрачными и тихими, но только до тех пор, пока не уснули. Их крики были слышны даже из роскошной постели главы аванпоста, так что и Джорлану, и Ильваре пришлось подняться среди ночи и отправиться в казармы. И если к моменту их прибытия Сорна уже растолкали хмурые солдаты, то Ним все еще продолжал биться и кричать о демонах, ползущих из Бездны.
Для каждого из них у Ильвары нашлось великое восстановление. Никто не шутит с проклятиями и безумием. И младшей жрице зачем-то необходимо получить ту же помощь, хотя она выглядит вполне здоровой и весьма здравомыслящей.
***
— Время шло, мое положение ухудшалось. Если раньше воины боялись вступать со мной в схватку, то теперь поняли, что выбить из моей левой руки меч не так уж сложно, а с одним оружием в правой я не опасен. Тренировки превратились в ад, — темный эльф поджал губы, перебирая не самые приятные воспоминания. — И, как будто всего этого было мало...
***
— Госпожа... Миззрим, — севшим голосом выдавил Джорлан, едва распахнув дверь. Он прекрасно понимал, что давно утратил право называть ее по имени, но все же некоторое время боролся с собой, чтобы этого не сделать. Ильвара медленно прошла мимо него в покои младшей жрицы, не удостоив и взглядом. Но он поклонился все равно.
Когда-то она смотрела на него подолгу. И улыбалась, как богиня.
Еще до того, как Джорлан успел закрыть дверь, на лестнице появилась младшая жрица Вандри, ее кожа казалась светлее, чем обычно, а глаза лихорадочно блестели.
— Аша, — коротко кивнула Ильвара и младшая жрица поспешно спустилась, чтобы склонить голову в приветствии. — Я хочу поговорить с тобой.
«Надежда. Удел поверженных, последняя нить. Какая мать в здравом уме назовет так свою дочь? — с пренебрежением подумал он. — Впрочем, дом Вандри никогда не отличался ни силой, ни достоинством...»
Пользуясь тем, что никто на него не смотрит, Джорлан позволил себе улыбнуться. Если бы Ильвара хотела видеть только жрицу Вандри, она вызвала бы ее к себе. Бросив быстрый затравленный взгляд на своего охранника, Аша подошла к столу и сама отодвинула стул, чтобы предложить госпоже сесть. Ильвара укоризненно прищелкнула языком, но все же опустилась на предложенное место.