Кассир закончил писать чек предыдущего покупателя крупным неровным почерком. Её причудливый сценарий занял так чертовски много времени, что Беккет постучал в её прозрачное пуленепробиваемое окно. Она подпрыгнула и уронила ручку. «Шеннон Уолтус», как гласило её выгравированное золотом бейджик, одарила Беккета самым вежливым и неприязненным взглядом, который он когда-либо получал.
Ему было немного жаль, что он напугал её.
— Прости, куколка. Я знаю, что нам не следует стучать по стеклу. Но можно ли нам отшлёпать попки прекрасным банковским кассирам? — Он позволил своим двум победным ямочкам снова выйти на поле.
Шеннон хмыкнула и попыталась выглядеть неодобрительно. Его глаза сверкнули, и он понял, что она простила его.
— Чем я могу вам помочь, сэр? — она спросила.
Беккет вытащил свой бумажник и перебрал несколько разных лицензий, пока не нашел ту, которая работала в этом банке. Он сунул удостоверение личности Нью-Йорка под небольшой проход на другую сторону. Шеннон ввела информацию с помощью своей тихой клавиатуры.
— Мне нужно закрыть несколько счетов, Шеннон. — Беккет поднёс рот немного ближе к кругу вентиляционных отверстий, пробитых в барьере между деньгами и покупателями, и в дружеском жесте положил локти на стойку. Без стекла они были бы очень близко друг к другу.
Шеннон перевела взгляд с лицензии на мониторе компьютера на его нелепо мощные бицепсы.
— Мне жаль это слышать, мистер Тейлор.
Беккет мог определить момент, когда на её экране появилась сумма его первого счета. Она держала рот закрытым в знак своего профессионализма, но её глаза слегка расширились. После ещё нескольких щелчков мышью она вернула ему лицензию.
— Сэр, позвольте мне позвонить менеджеру. Я уверена, что она хотела бы справиться с этим сама. — Шеннон выглядела так, будто готова отгрызть себе ногу, чтобы тут же получить повышение.
Беккет вздохнул. Меркин или Маус обычно выполняли за него банковские операции. Он опёрся локтями на холодный мрамор. Е *ать. Это же займёт вечность.
Всего через несколько мгновений менеджер банка Диана Гринт указала ему на свой кабинет и закрыла за собой дверь. Беккет терпел её бесконечную словесную гимнастику после того, как сообщил ей цель своего визита. Он позволил своим глазам застыть и мечтать о своих планах.
Беккет хотел, чтобы его деньги были там, где он мог их хранить. Ева заслуживала всего, что он мог ей дать. Наблюдение за тем, как она распахнулась перед ним, сломало его железную решимость существовать исключительно ради защиты своих братьев. Беккет знал, что Кайла и Ливия были верными девушками Блейка и Коула. Это было внутреннее ощущение, поэтому решение было принято. Он отдаст бонусы своим сотрудникам и уедет из города со всей своей чертовой семьей и всеми, кто был для них важен.
Диана положила на стол лист бумаги с указанием его общей суммы ликвидных активов, и даже Беккет был впечатлён. Достаточно денег, чтобы поддержать какую-нибудь сумасшедшую коммуну его любимых людей. Он знал, что его план был сиюминутным, но, чёрт возьми, это было всё, что ему действительно нужно.
Он снова настроился на Диану как раз вовремя, чтобы услышать её слова:
— Ваш партнер, Джим Хёрн, за эти годы проделал замечательную работу с вашими инвестициями. Он занимается этим профессионально?
Мышь. Я не вспоминал его настоящее имя уже миллион лет.
— Он делал это даже недавно? — спросил Беккет.
Диана нажала ещё несколько клавиш и повернула тонкий монитор к нему.
— Посмотрите сюда. И здесь? Это была стартовая сумма. А вот здесь вы оказались.
Дьявол.
— Я клянусь, он получит кругленькую прибавку к зарплате. — Беккет почувствовал прилив любви к писклявому приспешнику. Маус не был братом, но, чёрт побери, он был близок к нему. Он определенно был другом.
— Так когда же я наполню свои бумажные пакеты деньгами? Мне ещё многое предстоит сделать сегодня днём. — Мне нужно взять Еву в душе. Еву в постели, свёрнутую в простынях, словно сладкая вата. Еву у меня на руках, чтобы я мог шептать ей на ухо.
Диана, казалось, уже устала умолять его пересмотреть своё решение, но теперь она дала ему несколько серьезных советов.