Слёзы мгновенно навернулись на глаза. Я отвернулась, чтобы он не видел, как дрожат мои губы.
Ноги словно приросли к полу, но внутри всё кричало: беги.
Я медленно подняла сумку с дивана. Ремешок обжёг ладонь, пальцы дрожали, но я сжала их крепче.
Не сказав ни слова, шагнула к двери.
Тишина между нами была гулкой, плотной, словно сама давила на плечи. Он не остановил. Не окликнул. Не попытался удержать.
И именно это оказалось хуже всего.
Я толкнула дверь, и лёгкий щелчок замка прозвучал, как окончательная точка.
Коридор встретил меня прохладой и чужой тишиной. Я сделала несколько шагов, и только тогда позволила себе вдохнуть глубже. Слёзы прорвались сильнее, горячими каплями потекли по щекам.
Я сжала губы, стирая их ладонью на бегу, и в голове вертелась только одна мысль:
Он сказал правду насчёт Алисы… или соврал, лишь чтобы ранить меня?
Моя подруга, новый план. Глава 20
Эмма.
Я проснулась поздно.
Солнце уже пробивалось сквозь жалюзи, оставляя полосы на полу и лице.
Не резко. Не ярко. Просто напоминая, что день давно начался.
Целый день я не брала в руки телефон.
Будто это был выключенный источник тревог, и пока он молчит — я тоже могу дышать. Но ближе к вечеру, вспомнив, что всё ещё не перенесла данные со старого телефона на новый, я подошла к тумбочке и взяла его в руки.
Отключённый. Молчаливый.
Я включила экран — и он сразу ожил.
Звонки.
Сообщения.
Катино имя мелькало раз за разом: пропущенные, пропущенные, пропущенные.
— «Эмм, срочно! Позвони мне, пожалуйста!»
— «Ты где вообще пропала?»
Между её сообщениями, как будто вкрадчиво, тихо, почти из другого мира — было ещё одно.
От Кирилла.
— «Как же я хочу тебя увидеть. Вчера не получилось — ты легла раньше, чем я успел. Сегодня дела, но не переживай. Завтра я приду. И мы закончим то, что начали. Не запирай дверь, Эмма. Я ведь всё равно войду.»
Я уставилась на экран.
Страх поднялся мгновенно — холодный, липкий, от позвоночника до затылка.
Но вместе с ним пришло другое: то самое странное, тягучее ощущение, от которого хотелось закричать.
Влечение.
Я вспомнила, как он смотрел на меня тогда. Как держал. Как его дыхание сбивалось рядом с моим. Тело помнило его. Даже теперь, когда от его слов хотелось вымыться до крови, что-то внутри всё равно отзывалось — как боль, которую одновременно ненавидишь и ищешь.
Я набрала ответ — короткое, резкое:«Отстань», — но сразу стерла.
Нет. Слов не будет. Он не услышит ни страха, ни желания, ни боли.
Тишина будет моим ответом.
Я скрыла сообщение и сразу нажала «вызов».
Катя ответила после первого гудка.
— Ты где была?! — в голосе было всё: паника, раздражение, облегчение. — Ты с ума сошла?! Я уже думала, что ты пропала!
— Прости, — выдохнула я. — Аккумулятор сдох.
— Сдох? Я тебе миллион раз писала!
— Катя... я не специально.
— Неважно. — Она сделала вдох. — Слушай. Мне очень нужна ты сегодня. Серьёзно. Мне нужно, чтобы ты пошла со мной.
— Куда?
— В клуб, — быстро ответила она. — Мой бывший сегодня там играет. Рома. Он снова с этой своей группой на сцене. Он будет играть. А я одна не хочу.
— Кать, ты шутишь? В какой клуб?
Катя замолчала на секунду, потом протянула как ни в чём не бывало:
— Ну туда, помнишь? Где мы с тобой были... где ещё, твой босс был.
Я мгновенно напряглась.
— Прости, но нет.
— Почему?! — взвыла она. — Ты даже не дослушала до конца! Просто постоим, потанцуем, я на него посмотрю — и всё! Мне нужна поддержка, Эм! Ты же знаешь, что он мне ещё нравится!
— Катя, ты не понимаешь...
— Эмма! Мне просто нужно, чтобы ты была рядом. Пожалуйста. У тебя же отпуск. Ты сама обещала, что хоть немного побудешь со мной. Проведёшь время, по-человечески.
— Я обещала, но не там Кать.
— Ну почемууу? — протянула она, с тем самым тоном, в котором смешались обида и каприз.
Объяснять не было сил.
Тем более по телефону.
Катя бы не поняла. Или поняла бы не так. И честно? Мне просто не хотелось опять врать.
— Ладно, — выдохнула я.
Катя замолчала на секунду — а потом взорвалась радостью:
— Да! Вот это моя Эмма! Ты не представляешь, как ты меня спасла!
Мы будем выглядеть как звёзды. Нет, как кометы!
Я невольно усмехнулась, но не перебивала.
— Надень что-нибудь яркое, поняла? Что-нибудь сексуальное. Никаких серых рубашек и унылых хвостов. Пусть Рома ослепнет от нашей красоты!
— Катя...
— Серьёзно, Эм. Сегодня — не просто поход. Сегодня — месть. Моя личная, стильная, шумная месть, — продолжала Катя, наполовину смеясь, наполовину вдохновлённая своей драмой.